Книга Второй шанс для непрощенного, страница 17 – Иден Хол

— Нет! Пустите! Пустите! — руки мои были сжаты, а ногами я бессмысленно брыкалась в воздухе. Почувствовала, как слетает одна туфля, а потом кто-то хватает меня в темноте за лодыжки. — Не-е-е-ет! Отстаньте!

— Не дергайся, и больно не будет! — заорал на меня тот, что был позади. Меня понесли куда-то, быстро перебирая ногами и шурша короткими придорожными кустами.

Я завизжала во весь голос, не зная больше, как себя спасти.

С моим визгом смешался другой скрежет, а потом совсем рядом раздался грохот похожий на выстрел. В ушах зазвенело, воздух закончился, и меня обдало жаром изнутри, вокруг стало темно, и я почувствовала, как меня сжимают тиски, пытаясь выдавить жизнь. А потом резкое ощущение падения, секунда невесомости и сильный удар в спину.

Стало темно и тихо.

Слава богу.

Надеюсь, я умерла.

Бесконечность в оглушающей тишине разорвал… сон.

Вокруг меня сомкнулись объятья, горячие руки скользнули по телу, разгоняя застывшую кровь. Я взлетела в коконе спокойствия и тепла под стук сильного сердца и твердость прижатой ко мне груди. Меня окружило ощущение тепла, надежности, счастья… и запах кедра и кардамона с ноткой… любви.

— Все хорошо, — прошептал мой когда-то любимый, — я с тобой, девочка моя.

Не хотелось открывать глаза, я будто сидела у теплых корней, нагретого не солнце дерева, а укрывало меня одеяло изо мха. Я поежилась, желая укутаться в него глубже. Так хорошо…

Под пальцами оказалось что-то совсем непохожее на пушистый кудрявый мох. Гладкое, как плотная ткань. И тепло подо мной равномерное и не угасающее, так не бывает. Сердце забилось в страхе, и я распахнула глаза, тут же пытаясь вскочить. Что-то цепко удержало меня на месте, надавив поперек груди.

— Тише, тише, — на мое плечо легла рука и я, наконец, осознала, где нахожусь. Это не лес и теплый кедр, я внутри машины, пристегнута ремнем к сидению. А укрывает меня светло-серый пиджак, от которого и идет этот обволакивающий аромат. Или от его хозяина.

Я резко повернулась.

— Куда ты меня везешь? — мой взгляд заметался от обеспокоенного лица Гордеева к темным окнам, за лобовым стеклом плавно ползла дорога, мелькала пунктирными стежками разделительная полоса.

— Домой, не беспокойся, — он снова попытался уложить меня на полуоткинутую спинку сидения. Вокруг меня дорогая кожа, дерево и даже матовое золото. Не машина, а полированный рояль в доме богача.

До меня плавно дошел смысл слов.

— Куда домой? — я облизнула пересохшие от мысли о возвращении губы и ощупала себя, сумка пропала, ноги босые. Что тут происходит?

— Все нормально, они не успели ничего сделать, — Гордеев убрал руку, поняв, что так только сильней нервирует меня, — я успел вовремя. Ты испугалась и упала в обморок. Твоя сумка на заднем сидении, туфли под ногами, я снял, чтобы не давили. Ты ноги… натерла, — почему-то смутился он, что было настолько же необычно для этого человека, как ромашки, цветущие посреди зимы.

Я вновь посмотрела на него, и он тут же отвернулся, возвращая сосредоточенный взгляд к дороге. На лице прежняя маска, будто только что там не было беззащитной растерянности. Мне показалось…

До меня дошел смысл его слов.

— Ты везешь меня к Вильнеру?

— Да, к мужу.

— Нет! Мне туда не надо! — я схватила его за плечо, увидев вдалеке указатель и большие столбы на въезде в коттеджный поселок. — Разворачивай!