Книга Развод. Гори все огнем, страница 92 – Иден Хол

Я пишу, пишу, подписываю, слушаю и снова подписываю. Голова идет кругом, но ради достижения цели я еще несколько часов пробегать готова. Со мной Руслан и он источник моих неиссякаемых сил.

Тигран отпускает нас далеко за полночь, его водитель отвозит нас к ресторану и ждет, пока мы не закроем за собой дверь. Сергей и Дмитрий ждут нас в уже опустевшем зале и расспрашивают обо всем произошедшем, что задерживает еще на полчаса.

Я вижу, как заканчиваются силы у Руслана, мягко намекаю ребятам, что пора расходиться, и утаскиваю Волкова наверх. Парни сами все проверят и запрут на ночь, им можно доверять.

И вот мы, наконец, дома, захлопываем за собой спасительную железную дверь и обессилено приваливаемся к стене прихожей.

— Безумный день, – вздыхаю я и поворачиваюсь к Руслану, но к моему удивлению, его взгляд совсем не такой, как я ожидала увидеть.

Вместо усталости в нем нечто иное.

— Знаешь, о чем на самом деле я думал все эти стуки в одиночке, пока мне не давали спать? – спрашивает он, медленно притягивая меня к себе за руку.

— О чем? – поднимаю брови, сразу представляя эти ужасные часы, эту пытку без сна и бесконечные допросы с целью выбить признание в том, чего он не совершал.

— О тебе, – втягивает меня в объятья, впивается губами в шею, руками сталкивает куртку с плеч. Горячо выдыхает на влажную от поцелуя кожу, – только о тебе…

Таня

Куртка падет, а я словно сейчас последую за ней, потому что от того, как Руслан целует меня, подкашиваются ноги. Жадными, голодными губами поедает мою кожу от плеча до уха, колет щетиной там, где особенно нежно, и мурашки разлетаются по всему телу. Ртом обхватывает мочку уха, и я судорожно вдыхаю, хватаю его за плечи.

— Руслан… – вырывается из меня, но я не знаю, что это значит. Прошу его остановиться или… не останавливаться!

— Не могу больше, – хрипло шепчет на выдохе и столько эмоций в этих словах, что я глохну. Это почти стон, но не боли.

Руки его блуждают по моей спине, сжимают, гладят, впиваются пальцами, скользят вниз к бедрам, скребут короткими ногтями по одежде, будто хотят содрать ее, как ненужную шкуру.

В одно движение оказываются под тонким джемпером, и я от прикосновения к коже меня словно током бьет, дрожью по телу накатывают все эмоции, что так долго копились и теперь требуют выхода. Я шумно выдыхаю  и сама впиваюсь в его губы, запускаю пальцы в волосы и хочется сжать их, чтобы удержать порыв этого зверя.

Или не сдерживать…

— Таня, – успевает коротко проговорить и снова врезается в меня ртом, целует, засасывает, пьет меня. Сжирает, словно до смерти голоден.

Я даже промычать в ответ не могу, у меня только сдавленный стон выходит из того, что я хочу сказать.

Подхватывает меня под бедра и забрасывает на себя, рефлекторно обхватываю его ногами и повисаю, вцепившись так, словно никто и никогда разорвать нас не сможет. Целуемся как безумные, дышим прерывисто и идем куда-то.

Качаемся, врезаемся в стены и углы, вот-вот с ног свалимся, но лишь крепче друг в друга впиваемся. Падаем на какую-то дверь, и он сдавленно охает, вздрагивает.

Прихожу в сознание на половинку мгновения.

— Тебе больно? – разум что-то там говорит про камеру, избиения, синяки.

— Без тебя больней, – перехватывает крепче, целует глубже. Меня уносит ураганом, какое к черту сознание от ощущения этого тела под ладонями. Я сознание уже потеряла, я плыву на горячих волнах и тону в пылающем взгляде.