Книга Измена. Любовь (не) вернуть, страница 58 – Иден Хол

— Только правда. Обещаю.

— Тогда я начну тоже с правды. Ты сделал мне очень больно, Максим. И я не могу обещать тебе прощение, не хочу давать ложную надежду, потому что… даже у меня ее пока нет. Я не могу забыть то, что я видела. Мне никогда не было так больно, ты просто вырвал мое сердце.

— Я понимаю тебя, – он опустил глаза, и взгляд его немного плыл, теряя фокус. – Я не буду тебя заставлять.

— Ты можешь мне сказать правду, у вас был секс? – с замирающим сердцем спросила я. Может быть, у меня хотя бы надежда?

— Не могу, потому что сам не уверен. Я почти ничего не помню за тот вечер, для меня это было сном, пока я не проснулся у тебя дома. Пока ты не сказала, что видела меня со Златой в постели. Я обещал не врать, поэтому не могу сказать нет.

— Спасибо, – что я еще могла ответить на сказанную правду. Он все еще держал мою руку в своей, а той, что в гипсе нервно теребил пальцами его неровный край. Я собралась с духом, – а в доме?

Максим нахмурился, посмотрел на меня с непониманием.

— Нет, никогда, – твердо ответил чуть охрипшим голосом. – Я никогда с ней не спал в нашем доме, не целовал и не флиртовал. Даже в мыслях не было. Это правда. Ты мне веришь?

Я смотрела в его чуть разные по цвету глаза и не могла не верить. Та пытка, которой он себя подвергает ради того, чтобы ответить на мои вопросы, слишком болезненна, чтобы терпеть ее из-за лжи.

И слова Златы, упавшие на благодатную почву моих сомнений, ведь успели дать всходы. Но теперь эти ростки засыхали на глазах. Что бы ни случилось между ними в доме у Леши, только Злата хотела это продолжить и собиралась развалить наш брак до конца.

Не знаю, ей ли самой это надо или ее богатому ухажеру, но сейчас я не могу об этом думать.

— Верю, – тихо произнесла я. Максим был для меня сейчас важней. Я видела, что ему становится хуже с каждой секундой.

— Спасибо, – почти шепотом сказал Макс, поднимая мою руку к лицу и прижимая ее к колючей щеке.

Я потянула руку на себя.

— Пожалуйста, пойми меня и ты. Нужно хотя бы время, – я мягко высвободилась, – я рядом. Но мне нужно время подумать об всем этом. Что делать дальше.

— Хорошо, – опустил голову Максим, пряча глаза. Поднял загипсованную руку и потер лоб.

— Тебе нужно отдохнуть, проводить тебя в спальню? Попозже я принесу обед.

— Не надо, я хочу остаться здесь. Подожду, – он словно не хотел уходить от меня. Боялся, что я передумаю?

— Хочешь тогда чаю? – спросила и получила короткий еле заметный кивок.

Не знаю, чувствовала ли я облегчение, заканчивая разговор и вставая с места. Возможно, да, мне еще сложно, слишком много всего меняется. Слишком сильные эмоции бурлят внутри. Одно могу сказать точно, я хочу ему верить. Я верю, чем бы это для меня ни закончилось.

Когда я заварила чай и обернулась спросить, нужен ли ему сахар, Максим спал на диванчике, запрокинув голову на спинку. Все силы я из него высосала. А ведь собиралась дать ему прийти в себя.

Я вздохнула и поставила чашку на стол. Буквально через пару минут вернулся Лешка с целым пакетом лекарств, вручил все, напомнил про схему приема, которую составил врач, и ушел. Его ждали срочные дела на работе.  А еще я почти уверена, что он хотел оставить нас одних.

Оно и к лучшему. У меня у самой нет сил ни на кого больше. Я вернулась на кухню с пледом из спальни и накрыла Максима, надеясь, что у него не заболит все тело от неудобной позы.