Книга Повелительница его сердца, страница 107 – Мэри Джо Патни

Он покачал головой:

— Вовсе нет, всегда был слишком занят, не хватало на это времени. Да, женщины были, а вот чувств к ним я никогда не испытывал, не говоря уж о желании связать с ними жизнь. По-настоящему дорога мне была только одна девушка — Гизела, а теперь вот ты.

— Скажи, мы что, с Гизелой так похожи и поэтому ты обратил внимание на меня?

Сигни знала, что не следовало задавать этот опасный вопрос, но не смогла удержаться.

Рамзи нахмурился, подыскивая слова.

— Да, вы обе обладали качествами, которые всегда меня восхищали, — начал он медленно. — Это интеллект и доброта, а еще любознательность и обаяние. Другие женщины тоже, случалось, обладали такими качествами, но никогда не вдохновляли меня на более глубокие чувства, чем просто физиологический контакт. Гизела была особенной девушкой, и ты тоже особенная. Ты ведь не только ты сама, в тебе я вижу и твою сестру Гизелу, мою первую любовь. — Он глубоко вздохнул. — А ты будешь последней…

Его слова казались такими искренними и шли прямо от сердца, что Сигни пришла в замешательство и не знала, что ответить.

— Мы сейчас говорим о любви? — решилась она спросить.

Он кивнул и в свою очередь спросил:

— Ты когда-нибудь любила?

— Я никогда не задумывалась о романтических отношениях, поскольку всегда считала, что это не для меня. — Она поморщилась. — И вот только теперь начинаю понимать, что такое чувства.

Рамзи рассмеялся, и лицо его просветлело.

— Ну и то хорошо. Думаю, на сегодня хватит откровений. Да, только еще одно… — Он замялся, но все-таки продолжил: — Скажи, если из-за Роальда я потеряю все и уеду с Торси, потому что лэрд без поместья — это пустой титул, ты потеряешь ко мне интерес?

Это был серьезный вопрос, и Сигни стоило бы задуматься над ним. Островитяне всегда думали о Рамзи как о будущем лэрде, и это придавало ему уверенности в себе, формировало твердость и властность характера. Если бы не этот статус, он был бы совсем другим человеком. Рамзи с детства сознавал свое высокое положение, поэтому сформулированные качества стали неотъемлемой частью его натуры, и он сохранил бы их, даже если бы его лишили наследства.

Сигни он очень нравился, и его титул не имел к этому никакого отношения. Даже если бы больше он не был лэрдом, ее чувства остались бы неизменными.

— Если бы ты уехал с Торси, чтобы начать новую жизнь, ты взял бы меня с собой? — спросила она.

— Да, — без колебаний ответил он.

Сигни радостно улыбнулась:

— Я всегда мечтала отправиться в путешествие.

После недолгого молчания он улыбнулся.

— Значит, мы понимаем друг друга, — направляясь к двери, сказал Рамзи. — Думаю, сейчас мне лучше уйти, слишком уж близко от нас стоит кровать. Фиона, есть желание прогуляться?

Собака с готовностью вскочила со своего места. Сигни тоже встала, порадовавшись, что лодыжка уже почти не болит.

— Да, ты прав. Увидимся вечером за ужином, а сейчас, пожалуй, займусь списком для Брока, а заодно подумаю над потребностями торговцев, что работают на дальних островах.

— Мне нравится привычка женщин составлять разного рода списки, — заметил он с усмешкой и, вернувшись, поцеловал Сигни в лоб.

Когда Рамзи с Фионой ушел, Сигни села за стол и допила остатки остывшего чая.

И хотя не было ни признаний в любви, ни предложения руки и сердца, ни согласия на брак, Сигни чувствовала, что минуту назад они приняли на себя взаимные обязательства.