Книга Повелительница его сердца, страница 32 – Мэри Джо Патни

Его удивляло то, что он лежал на боку, прижавшись к теплому изгибу тела какой-то женщины, и при этом обнимал ее за талию. Открыв глаза, Рамзи уставился на золотисто-рыжие волосы, щекотавшие лицо, и вдруг все вспомнил. Он обнимал нежную и податливую Сигни, которая днем была совсем другой.

У него защемило сердце, когда он вспомнил о смерти деда. Несмотря на разыгравшуюся бурю, он отправился вчера к Сигни, чтобы сообщить ей трагическую новость. Почему? Потому, что она имела право узнать первой о смерти старого лэрда, или потому, что он нуждался в утешении?

Наверное, им двигали оба мотива.

Гроза к утру утихла, и свет восходящего солнца, проникавший в спальню из гостиной через открытую дверь, был мягким и теплым. Скоро Рамзи встанет и столкнется лицом к лицу с проблемами и сложностями, связанными со смертью лэрда, но сейчас ему хотелось просто спокойно полежать в тишине в теплой постели Сигни. Ее близость вызывала в нем нежность, на нечто большее у него сейчас не хватило бы сил.

Сигни зашевелилась, а затем вдруг окаменела, по-видимому, проснувшись.

— Не волнуйся, это всего лишь я. Спасибо, что пустила в свою теплую постель, — пробормотал он и с улыбкой добавил: — Обещаю, что не буду вести себя плохо. Я знаю, что у тебя есть кинжал и ты умеешь им пользоваться, сам учил обращаться с холодным оружием.

Губы Сигни изогнулись в улыбке.

— Ты был хорошим учителем. Знаешь, на мгновение я растерялась, обнаружив тебя в своей постели, но ты ведь ни в чем не виноват, это я сама… Оказалось, что я все-таки не готова спать на полу. Впрочем, в любом случае я не могла позволить тебе идти пешком в Скеллиг-хаус в грозу.

Он убрал руку с ее талии и неохотно отодвинулся, насколько позволяла кровать.

— Ты поступила как настоящий друг. Я вчера так вымотался, что вряд ли добрался бы до дому.

— Да, ты действительно выглядел совершенно… — Сигни замялась, подыскивая нужное слово. — Разбитым.

Рамзи вздохнул:

— Я не осознавал, как сильно был привязан к деду, пока не потерял его. Мы всегда были не в ладах. Но теперь я понимаю: он был моим якорем, человеком, по которому я сверял свой жизненный компас, на которого равнялся.

Сигни кивнула с печальным выражением лица:

— Со мной было то же самое. Дункан увидел во мне личность, а не просто женщину, и дал возможность учиться, развивать свои способности. Он часто говорил, что шотландские женщины ни в чем не уступают мужчинам и должны иметь равные с ними права. — Она приподняла брови. — Ты согласен с этим утверждением?

— Я никогда не задумывался об этом, — осторожно ответил Рамзи. — Хотя я знаю, что шотландские женщины удивительно независимы и талантливы, и это вдвойне верно в отношении жительниц островов Торси.

— Крайне тактичное высказывание. — Она провела пальцами по его заросшему щетиной подбородку. — Ты быстро теряешь столичный лоск: еще неделя — и будешь похож на местного рыбака.

От ее нежного прикосновения атмосфера в спальне резко накалилась. Спать в одной постели было делом рискованным: влечение могло проснуться в любую минуту. И оно проснулось. Рамзи увидел в глазах Сигни удивление, по силе не уступавшее его собственному: он был потрясен охватившими его нескромными желаниями.

Ему хотелось наклониться и поцеловать ее, но Рамзи понимал, что это было бы роковой ошибкой. В ближайшие недели их ждали важные дела, и интимные отношения могли бы помешать им.