Книга Однажды и на всю жизнь, страница 106 – Фрида Ли

Да, теперь у нас был Адам. Я был против этого имени, но Мия настояла, чтобы нашего сына звали именно так. А я? Я так и не научился ей отказывать.

Подошел к детской кроватки и этот ангел с бездонными глазами цвета океана широко улыбнулся мне, вытащив большой палец своей правой ноги изо рта.

Пару дней назад ему исполнилось полгода. И это были самые счастливые полгода в моей жизни. Тяжелые, бессонные, но счастливые.

— Адам, — ласково произнес я его имя и нежно пригладил его каштановые волосики. Не смотря на мое желание, он родился моей маленькой копией и Мия была восторге от этого. — Мой маленький проказник. Ты снова проснулся раньше всех в этом доме!

На мои слова Адам громко взвизгнул и активно забрыкал своими крепкими ножками.

— Шшш, — попытался я успокоить его. — Еще совсем рано, не разбуди свою мамочку. Она спит. И ты тоже должен спать.

Но Адам лишь еще громче взвигнул.

Да, он похож на меня, но улыбка ему досталась от Мии. Но это все неважно. Важнее то, что каждый раз, когда я смотрю в его глаза, я вижу в них нас. И даже когда нас не станет, он будет продолжением нашей истории. Продолжением нас и нашей любви.

Аккуратно поднял Адама на руки и вместе с ним все-таки дошел до кухни. Взял в руки заранее подогретую бутылочку с молоком и поднес ее ко рту сына.

— Я знаю, что тебе больше нравится мамочкина грудь, но она спит. И мы не должны не при каких условиях ее будить, твоей мамочке нужен отдых.

Адам агукнул мне в ответ и послушно стал пить молоко из бутылочки.

Завернул Адама в плед и вместе с сыном на руках решил пройти на небольшую веранду, около нашего дома. И прежде, чем выйти на улицу, обернулся на свое зеркальное отражение.

Я изменился. Отрастил небольшую бороду и у меня на голове появились первые седые волосы. Но Мия убедила меня в том, что они ей нравятся. И я поверил ей. Ну как поверил? Мне все равно кажется, что она немного слукавила.

А еще я очистил свое тело от татуировок. Я свел все рисунки, кроме одного. Пересмешника на моем левом предплечье, а точнее обезображенные куски, которые остались от него.

Почему я оставил его? Понятия не имею!

Я открыл дверь и вышел во двор нашего небольшого дома, который одиноко стоял в тихом и укромном месте — подальше от суеты и зла. Солнце только начинало подниматься над горизонтом, окрашивая небо в нежные розовые и золотистые оттенки. Утренний воздух приятно обдул мою кожу и я сделал глубокий вдох.

Все никак не могу надышать им...

Пальчики легонько коснулись того самого места, где были крылья птицы, и хрупкая рука обняла меня со спины. Я почувствовал тепло и заботу, исходящие от этого нежного прикосновения. Я уловил запах своих любимых лесных ягод.

— Ты чувствуешь это? — спросил меня мягкий, как утренний свет женский голос. — Это волшебство нового дня.

— Почему ты проснулась? — прошептал я, коснувшись губами изящного женского запястья.

— Потому что ты ушел. А ты ведь знаешь, что я могу крепко спать только, когда ты крепко обнимаешь меня.

— Знаю, малышка. Знаю… Твои кошмары… они…

— Нет, — уверенно ответила мне Мия и я облегченно выдохнул.

Все это время Мия боролась с последствиями моих ошибок, и каждый день для неё был настоящей борьбой. Бессонница мучила её, а мания преследования изводила. Ночные кошмары и тревожные мысли не отпускали, и она часто просыпалась, чувствуя, что за ней кто-то наблюдает. Но всё изменилось с появлением Адама. Он вошёл в её жизнь, как яркий луч надежды и постепенно вытащил её из этого мрачного состояния. И я снова увидел тот огонек в ее глазах, в который влюбился.