Книга Однажды и на всю жизнь, страница 48 – Фрида Ли

— Ты ставишь точку? — спросил он и я чуть не задохнулась от того, как стены просторной гостинной быстро сжались вокруг нас.

На его вопрос я быстро опустила глаза в пол и прерывисто задышала.

— Скажи мне это! — прорычал Алек, еще ближе придвинув свое лицо к моему. Так близко, что кончики наших носов соприкоснулись и впервые это было не начало для страстного поцелуя. — Скажи мне это в лицо, Мия! Всего три слова. Мы. Ставим. Точку. Ну!

Не могу! Не могу я это ему сказать. Возможно, даже хочу, но не могу… Особенно когда его голубые глаза так пристально смотрят в мои. Не могу…

Его рука легла ко мне на затылок и чувственные губы заскользили по моим, я прерывисто выдохнула, а бабочкам в моем животе этого стало предостаточно, чтобы затрепетать своими крылышками. Предательницы…

— Либо скажи мне это, либо прости.

Острый кончик носа заскользил по моему подбородку, спустился на шею. По телу прошла ломота. Как же он необходим мне. Даже в эту секунду, в момент ссоры, в момент его предательства он необходим мне.

— Прошу тебя, прости меня… Ты ведь сама знаешь, что нам никогда не поставить точку. Ты ведь знаешь это, Мия! — прорычал он в кожу моего плеча, с которого спала ткань пижамы.

— Как ты не понимаешь меня, Алек? Я не боюсь тебя простить, я не боюсь, что потом меня назовут идиоткой, ведь я простила того, кто предал меня! Я боюсь, что в следующий раз ты снова пойдешь к ней! И так будет всегда. Ведь у нас буду ссоры, моменты полного непонимания и полного отчаяния! Так у всех бывает! И во всем эти моменты ты будешь уходить к ней. Поэтому нам лучше это все закончить многоточием.

— Нет, Мия! — выкрикнул он мне в лицо. — Нет!

— Да, Алек. Как бы нам не было больно, — на удивление спокойным голосом ответила я ему.

Нам будет больно. Но я снова дала ему возможность выбора — он либо пойдет притуплять боль к Линде, либо навсегда от нее откажется.

Иногда многоточие в отношениях не означает конец истории, а лишь говорит о том, что скоро начнется новая глава. Совсем другое продолжение.

Мия

Я рыдала. Рыдала так громко, что казалось стены содрогались от каждого моего нового всхлипа. А Люк даже не пытался меня успокоить. После того, как он силой выставил из своего дома Алека мы ни разу не заговорили. Моя голова была прижата к его плечу и он молча смотрел на то, как моя душа с криком вырвалась из груди.

И эта боль оказалась настолько невыносимой, что с каждым новым всхлипом я чувствовала, как теряла часть себя.

Отпустить человека, которого любишь тяжело, особенно если ты это сделал не потому что сам так захотел, а потому что ты знаешь, что без тебя ему будет лучше.

Я всегда была лишним элементом в его жизни…

В какой-то момент всхлипы стихли и перешли в тихое поскуливание, а слезы просто закончились. И я молча приняла ту пустоту, которая теперь царила в моей груди. Больше не было ни слабой малышки, ни сильной и взрослой женщины, больше не было никого. Больше не было Мии. Лишь пустота…

И когда мои силы полностью иссякли и я больше не могла даже тихо поскуливать, мои глаза сомкнулись. Я уснула на диване в той самой гостиной, где попрощалась с ним. Только на утро заметила, что Люк любезно накрыл моё измученное тело мягким пледом.