Книга Отвергнутая невеста. Целительница на краю империи, страница 167 – Виктория Богачева

Дыхание очень быстро сбилось, стало рваным, и я вцепилась в плечи Эйнара, чтобы устоять на ногах. В голове пронеслись обрывки разговора с Кхалендиром, его ложь, его требования, то, как он летел за мной, словно хотел уничтожить… Я вжалась в Эйнара ещё сильнее и зажмурилась, отгоняя прочь воспоминания.

Важно было лишь здесь и сейчас. Я жива. Мы оба живы.

Когда в лёгких закончился кислород, и стало нечем дышать, мы отстранились друг от друга, не разрывая объятий. Глаза Эйнара посветлели, вновь изменив свой цвет. Теперь в них разливалось тёплое, ласкающее золото.

Хотелось что-то сказать, но слова казались глупыми, неуместными. Я подалась вперёд и прижалась щекой к его плечу, почувствовав, как он тотчас сомкнул объятия ещё крепче, сжал ладонь на моих волосах ещё сильнее.

— Эйнар, он хочет, чтобы я закрыла Разлом, — выпалила я поспешно, словно боялась, что если не скажу сейчас, то не решусь никогда.

— Что?.. — потрясённый вздох прозвучал над моей макушкой.

Подняв голову, я посмотрела ему в глаза.

— Кхалендир потребовал, что я закрыла Разлом, — повторила, и на второй раз прозвучало не так страшно. — Он сказал, что я могу. Потому что в моих жилах течёт его кровь и кровь мамы, а у её предком был маг, из-за которого Разлом и случился.

Эйнар отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть мне в лицо. Затем отпустил меня, плотно притворил дверь, вернулся и усадил на кровать.

— А теперь расскажи с самого начала, — велел он.

Он двигался медленно, словно сдерживал себя, и всё тело у него будто окаменело. Шея была неестественно напряжена, как и плечи. Я знала это состояние застывшего хищника перед смертоносным прыжком…

Вздохнув, в подробностях я пересказала вчерашний вечер с момента, как увидела незнакомца за барьером. Пока говорила, внимательно следила за лицом Эйнара. Невозмутимость сохранить у него не получилось, и потому я видела, как приподнимались в удивлении брови, чтобы спустя мгновение сойтись к переносице. Как он хмурился, усмехался, как дёргалась жилка на его виске…

— Он отыскал мою маму только потому, что её прадед или прапрадед создал Разлом… Кхалендир никогда её не любил…

— Он не сказал тебе, где был все годы, пока его считали мёртвым? И почему не остался рядом с твоей матерью?

— Нет. Я не успела спросить. Но, мне кажется, мама в какой-то момент поняла, что он безумен. Может, она запечатала мою драконью суть, чтобы он не почувствовал её? И потому Кхалендир бросил маму, решив, что я… ни на что не годна?

Я моргнула, чтобы избавиться от навернувшихся против воли слёз. Мамина история разбивала сердце.

— Ведь дракон почувствовал бы своё дитя, верно?

Помедлив, Эйнар кивнул.

— А она могла провести какой-нибудь ритуал, пока я была в утробе? — спросила я, внутренне содрогнувшись.

— Мне такие ритуалы не известны, — он покачал головой. — Но это не значит, что их нет.

Резко поднявшись, Эйнар принялся ходить от стены до стены. Рукой он механически трепал волосы на затылке: признак высшей степени озабоченности.

— И ещё Кхалендир знает… о нас, — понизив голос, добавила я. — Узнал твой запах. Откуда-то. Вы же не встречались?..

— Мне тоже показался знакомым его запах, — ответил Эйнар, сосредоточенно о чём-то размышляя. — Потом, когда я понял, что это был твой отец, то подумал, что перепутал с твоим. Потому что запахи детей и родителей, как правило, похожи. Но теперь…