Книга Академия Ррагшар'д. Как перестать быть избранницей дракона, страница 38 – Дарья Мухина

— А с такого, дорогая Ивейн, что теперь твоё хрупкое запястье украшает руна семьи Таршаргарских. — Прорычал дракон, больно проводя когтем по запястью моей левой руки. — Не знаю почему, но мой дракон выбрал тебя своей сакрар и теперь ты являешься законной леди Таршаргарской. — Кажется, меня сейчас хватит удар. — Вот к чему привело ваше враньё и необдуманные поступки, в виде ночных прогулок по территории Академии и ночь с драконом, лэй Ивейн. Делайте выводы.

Затем мужчина отпустил меня и молниеносно испарился в воронке портала, оставив напуганную меня наедине с высказанными им словами.

Создатель, куда я опять вляпалась?!

В лазарете я обитала ещё неделю.

Наринель, а именно так звали эльфу, которая, оказывается, и спасла мне жизнь, просто-напросто запретила мне покидать лекарское крыло. Она меня даже из палаты не выпускала. Эльфа была обеспокоена моим здоровьем, ведь приходила в себя я, так сказать, медленно.

Резерв совершенно не хотел восстанавливаться после того, как я чуть не выгорела, да и препятствие в виде частичной блокировки моей магии, а значит, и источников, сильно влияло на это.

Поэтому на третий день эльфа все-таки сжалилась надо мной и своими нервами, и сняла блокировку. Жаль, что наслаждалась я этим недолго. Так как был высок риск нового выгорания, все же артефакт никуда не делся, Наринель время от времени накладывала блок обратно. Она была в курсе причины моего самовозгорания и, собственно, артефакте.

В общем, магию мне выдавали порционно. Четыре раза в день и всего лишь на пару часов. А как только резерв был восстановлен, эльфа наложила блок насовсем. Давать артефакту волю, как прежде, было нельзя. Второго истощения я банально не вынесу.

Пытаться взывать к огневке, во время открытого доступа к браслету, я тоже банально побоялась. Делать это вот так, без страховки, при имеющемся раскладе я не могла. Риск был не оправдан. Да и она не пыталась. Честно, я даже не ощущала ее отдалённого присутствия в артефакте. Но связаться с огневкой я была обязана в любом случае только вот сделать это нужно было другим способом. Каким, мне ещё предстояло выяснить.

Что касается Лареля… точнее, лорда Таршаргарского, то его я больше не видела.

После того неловкого случая, когда мистер Чешуйка в лоб заявил мне, что я теперь являюсь его как бы женой, он больше ни приходил. И, честно говоря, от этого мне было несколько грустно. Не знаю почему. Возможно, всему виной руна его рода, похожая на два отвернутых друг от друга и перекрещенных полумесяца, мало ли какие магические свойства она на меня накладывает? Может, именно из-за неё я скучаю по этому ненормальному дракону с глазами цвета сапфиров…

Если б не девочки и Рэймонд, я бы померла в этом лазарете от чрезмерного количества мыслей о драконе, либо от скуки. Ни то ни другое не воодушевляло.

Друзья приходили ко мне каждый день. Веселили, рассказывали о том, что происходило в Академии и за ее пределами, о слухах, которые ходили обо мне и ректоре после того, как он лично ворвался в нашу святую обитель, то есть женское общежитие, и вынес меня оттуда на руках. А ещё на следующей неделе планировалось два подпольных спарринга, на которые меня планировал затащить Рэймонд.