Книга Мой пленный генерал, страница 61 – Лия Шах

— Но я очень полезный пленник! Смотри, я могу установить металлические подпорки, и тогда эта шахта не обрушится. Разве это недостойно божественного пирога?

Через слово упоминая мою божественность, он явно напрашивался на хороший такой пинок. Но выглядел при этом так мило, словно пушистый рыжий кот, которого страшно разбаловали. Он рвал туалетную бумагу, катался на занавесках, охотился на тапки ночью, но вместо пинка хозяйка лишь беспомощно ответила:

— Ну разве что один кусочек. Но потом ты сразу отправишься домой.

За спиной воцарилась тонкая тишина, и генерал не стал ничего отвечать. Очевидно, у него были немного другие планы. Я чувствовала его взгляд затылком, но развивать тему не собиралась. Объединив усилия, мы приступили к слаженной работе. И все было хорошо, пока он вдруг не спросил:

— А тебе правда не нравятся военные?

Я обвела выразительным взглядом руины и ответила:

— А сам как думаешь? Если бы не военные, я не оказалась бы в канализации.

Умело манипулируя металлом и не позволяя тому приближаться ко мне, генерал вдруг усомнился:

— Только поэтому? Лидди, если ты не знаешь, не мы начали эту войну. Я не снимаю с себя ответственности, но не кажется ли тебе, что ты слегка предвзята?

— А кто говорил, что речь только о тебе? — возмущенно подняла брови. — Мне в целом все военные не нравятся. Вы только и знаете, как разрушать да убивать. Лучше бы что хорошее сделали.

— Но солдаты нужны, они защищают страну, — убеждал Лаен.

— А от кого, а? — спросила недовольно. — От таких же военных! Вот не было бы вас, мы бы горя не знали. Что? Не веришь? Иди спроси у торговки рыбой, волновало ее, что вы там в своей нищей империи изобретали артефакты? Нет. Шахтеров тоже не волновало. И курьеров, и поваров, и нянечек в детском саду. Вы — военные, — сами придумали проблему и сами бросились ее решать, но нас кто-то спросил, чего мы хотим? А хотим мы, чтобы на работе премию выдали, чтобы купить новые занавески в дом. Чтобы были деньги на сам дом. Чтобы летом на море ездить и не бояться, что ваши эсминцы обстреляют нас и наших детей. Лаен, военные — главная проблема нормальных людей. Потому что никому и в голову не придет завоевывать что-то за пределами своего забора, ясно?

— Посмотрел бы, как бы ты заговорила, если бы враги пришли в твой двор, а страна без армии.

— Я говорю о глобальных военных. И ваших, и наших, и всех остальных. Вот дать бы вам в руки лопаты, да отправить картошку копать. И ни войн, ни жертв, одна картошка и хорошее настроение. Знаешь, откуда взялись военные? От лени! Лень вам за скотиной ходить, коров пасти, да кур разводить. Не хотите быть плотниками или сантехниками. Это ж ниже вашего достоинства, которое шепчет по ночам, что вы созданы править миром. А миру надо, чтобы им правили? Его вы спросили? Вот взять тебя, например. Что ты умеешь, кроме как убивать людей и рушить городские стоки?

— Я умею делать артефакты.

— А лучше бы детей делать научился. Вот есть у тебя дети, генерал?

Во время спора я не забывала расчищать местность, а пленник послушно укреплял потолки. Мы уже прилично продвинулись, и я чувствовала, что цель близка. Лаен же, услышав неожиданный вопрос посреди скандала, подавился и закашлялся, подозрительно покраснев. Хотя я не уверена, было темно.