Книга Эльфийка в розыске, страница 94 – Екатерина Ровская

Услышав мое требование, работорговец готов был взорваться, но благоразумно промолчал. Сумел сдержаться. Обучаем значит, не совсем безнадёжен.

Что я такого потребовала в качестве компенсации? Ничего из ряда вон на самом деле. Просто вернуть пленнику, а точнее теперь уже моему бойцу, его личные вещи и оружие, которые были при нем на момент пленения. И меня абсолютно не волновало куда уже их успели растащить или продать. А ещё вернуть воину зорта, если таковой у него на тот момент имелся. Как оказалось имелось всё — и оружие, и зорт. Имелось, да только растворилось в пространстве. Теперь торговцу предстояло всё это вернуть. В течении пары часов, что я ему благосклонно на это выделила. Пока мое приобретение плескалось в местной бане, а затем его осматривал лекарь. За чей счёт? Так не за мой. От меня потребовалось для убеждения лишь особым образом взглянуть на скрягу и напомнить, что свои цветочки он вряд ли передает их новым хозяйкам избитыми и в рванье. Если так, то я обещала дельцу «хорошую» рекламу. Подействовало без осечек. Парни во время этих «переговоров» стояли в сторонке и пытались удержать покер-фейс. Не всегда удачно к слову. А вот блондин даже не пытался — узнав результаты наших с работорговцев «переговоров» в такой улыбке расплылся, что Гринч тихо мнется в сторонке. Да и в эмоциях его превалировало веселое злорадство. Видно крепко ему с подачи этого мерзкого индивида досталось до нашего прихода.

В общем, «ударили по рукам». К торгашу перекочевали мои мешочки с золотом, а мы с блондином заключили клятву на крови. Причем мой кошель-артефакт впечатлил обоих, а блондина ещё и заставил о чем-то задуматься, нахмурив брови. Что, у сибийцев артефакты не в ходу? Не поверю, что у них напряг с золотом. По крайней мере, не у вождя точно. А он вряд ли будет экономить на своей любимой жене.

Клятва… В этот раз я была умнее и осторожнее, четко формулировала свои требования и не допускала расплывчатых формулировок. Верно служить… Не предавать… Не подставлять… Быть рядом пока я сама не отпущу, а после хранить мои тайны до последнего вздоха… И да, то самое '«не влюбляться» тоже было. Я настояла под беззлобный смешок блондина. Меньше всего мне сейчас такие сложности нужны были. Уже двоих незаметно для самой себя привязала вот так, влюбила. И сама… не избежала похоже этой участи… Так что хватит с меня пожалуй. Телохранитель, наемник. Если договоримся — любовник. И никаких иллюзий. В смысле чувств. Ни с кем больше. С каждым из них риск снова остаться с разбитым сердцем и пустой душой возрастает десятикратно. На сердечной мышце мне рубцов уже хватит, да и душа, со слов местных высших сил, сплошной пепел и тлен, нечем делиться.

В этот раз при обмене кровью никаких зрелищных спецэффектов не было, слава богу. Не хотелось устраивать представление для торгаша и его «цветочков» — меньше знают, крепче спят. Не было песчаного вихря, никакого песка вообще. Нас с блондином не шарахнуло как тогда с Дарко. Только на мгновение жаром обдало щеки, а затем и нутро. Мягкое тепло опалило внутренности, согрело кровь, устремилось куда-то в район солнечного сплетения и там осело, медленно растворяясь. Оставляя после себя лишь мягкое, приятное «послевкусие». Неужели с каждым это будет по разному? Клятва эта непонятная. Почему нет какой-то конкретной формулировки и фиксированного результата? Дело во мне? Или в них? Надо будет как-то полюбопытствовать, когда будет время. Если вспомню со всей этой суматохой, в которую превратилась в последние дни моя жизнь… Моя новая жизнь…