Книга Сердце ведьмы, страница 103 – Кейлет Рель

— Не делай ему хуже, – звонко потребовала я. – Я сниму доспех. Не надо его мучить. Если хочешь поиграть с жертвой, издевайся надо мной.

Дракон склонил голову набок. Он ничего не предпринимал, и я решила, что меня услышали. Или уже начали играть с жертвой. Подавив снова проснувшуюся апатию, я зашагала вперед, огибая островки оплавленного камня. От жара мне сделалось дурно. Представить страшно, каково было Крессу. Я молча вознесла молитву Истле, чтобы он сразу потерял сознание и не видел… не чувствовал ничего. Во рту появился горький привкус. Я опустилась на колени рядом с Крессом. Мне хотелось спрятать его от всего мира, защитить, вылечить.

Надо мной возвышался дракон, похожий на изящную драгоценную статуэтку. Его изумрудные глаза были широко распахнуты. За обманчивым безразличием ящера прятался интерес. Я видела это по слегка дрожащим перепонкам крыльев, слабо раздувающимся ноздрям. Дракон смотрел, что я буду делать.

А делать мне было нечего.

Я осторожно скинула с груди Кресса искореженный и перепачканный алым нагрудник. Кольчуга, к счастью, оказалась облегченной, не цельной. Я осторожно стащила ее с Кресса и тут заметила не его груди тонкую полоску металла.

Это был медальон. Повинуясь мимолетному порыву, я раскрыла его. Мне на колени упала высушенная примула. Та самая, которую я подарила инквизитору в тот единственный раз, когда мы ходили в предгорье, чтобы просто развлечься и почувствовать вкус жизни. Зачем он сохранил цветок?

Мой взгляд помутнел. Грудь разрывалась от боли. Мы были друзьями: Зверь и Радана. Те времена минули, но судьба свела нас снова. И мы потянулись друг к другу. Глупая ведьма и слишком серьезный инквизитор. Удивительно, но Кресс что-то чувствовал ко мне, даже когда не помнил нашу историю. И я…

Сейчас, зная, что передо мной истекают кровью мой верный Зверь, с которым прошли через столькое, я не могла его ненавидеть. Ни как инквизитора, ни как виновника гибели моих родителей. Примула тонкой пластинкой лежала на ладони, а рядом с ней сверкали прозрачные капли. Неужели я плачу?

Дракон заворчал, напоминая о своем присутствии. Я сжала цветок в ладони и развернулась к ящеру, прикрывая собой раненого Кресса.

— Не трогай его, – взмолилась я. – Забирай что угодно, но этого дурака оставь мне. Лучше я погибну, чем он. Убьешь инквизитора, и к твоему логову придет еще десяток. Забери меня!

На первых моих словах дракон раздул грудь и к его горлу подкатил почти видимый шарик пламени. Я зажмурилась, предчувствуя скорую смерть, но продолжала просить. Видимо, мне удалось убедить ящера. Он склонил ко мне треугольную морду, развернувшись так, чтобы изумрудный глаз застыл напротив моего лица. Я видела свое отражение.

Испуганная ведьма с багрово-черными волосами сидела перед кучей искореженного окровавленного железа. За ней лежал умирающий человек. Дракон выдохнул облако густого дыма. Вопреки ожиданиям, он не пах серой. Казалось, будто я очутилась рядом с огромным костром. Зрачок дракона расширился.

ОТДАЙ КЛЮЧ.

Я испуганно дернулась. Эта мысль возникла в моей голове, подавляя все остальное. Даже каменное сердце будто бы дернулось от волнения.

ОТДАЙ МОЙ КЛЮЧ.

Ключ? Какой еще ключ?

И тут мне вспомнились все легенды, что я слышала о цветах. Согласно преданиям, первая примула появилась, когда один из Троицы обронил ключ от небес. Чтобы зло не проникло в святая святых, богиня превратила все потерянные ключи на земле в примулы, тем самым сберегая их от воришек.