Книга Тень против света, страница 59 – Сира Грин

Он отмотал фильм назад — к сцене, над которой я должна была смеяться. А я вместо этого утонула в мыслях, о которых мне думать точно не следовало.

После фильма он вдруг поинтересовался, какие жанры мне нравятся. Разговор пошёл неожиданно легко. Оказалось, мы оба любим боевики. Он ещё предпочитает детективы — я их терпеть не могу. Хотя, если быть честной, в нашем мире я пересмотрела столько всего, что пришлось признать: иногда даже детективы затягивали.

У нас вообще всё устроено иначе. Кристальные кассеты — особые кристаллы, на которые записывают фильмы. Они втягивают тебя внутрь сюжета, и ты видишь всё так, будто находишься среди героев. Иногда — даже от первого лица. Там кино — это настоящее приключение. Здесь — всего лишь картинка на экране.

Хотя и у этого мира есть свой уют.

Мы говорили о фильмах, о книгах, перескакивали с темы на тему, пока разговор сам собой не начал затухать. Слова становились короче, паузы — длиннее. Усталость навалилась почти резко, как волна. Я даже не заметила, в какой момент закрыла глаза.

Удивительно. Я была уверена, что рядом с ним не смогу уснуть. Что буду лежать с широко раскрытыми глазами, прислушиваясь к каждому его движению.

Но этот день выжал из меня все силы. А это чужое, слабое тело — всё-таки не моё. Оно не привыкло к бессонным ночам и постоянному напряжению. И потому сон пришёл легко.

Второй день пути медленно догорал, истекая закатным золотом, а дорога всё тянулась и тянулась, превращаясь в бесконечную пепельно-серую ленту, уходящую за горизонт. Демоны, по чьему следу мы шли, словно издевались над нами: они не подпускали ближе, но и не исчезали окончательно. Лишь изредка их присутствие напоминало о себе едва уловимым запахом в воздухе и липким ощущением чуждого присутствия, будто они намеренно держали нас на коротком поводке.

Мотор урчал ровно, баюкая своим монотонным рокотом, но внутри меня всё было натянуто до предела. Каждая мысль вибрировала, как оголенная струна, готовая лопнуть от малейшего прикосновения. Я ловила себя на том, что впиваюсь пальцами в руль до белизны в костяшках — особенно в те минуты, когда кожей чувствовала взгляд Идо.

Он молчал, но это безмолвие давило на плечи тяжелее любых слов. Слишком внимательный. Слишком цепкий. Его присутствие заполняло собой всё тесное пространство салона, не оставляя мне места даже для вдоха.

«И что я, по его мнению, должна ему сказать?» — раздражение ядовитой каплей обожгло изнутри.

Он наверняка сверлил меня взглядом, гадая, какого чёрта мы всё ещё в пути и почему добыча до сих пор не загнана в угол. Его подозрительность граничила с паранойей. Бесит.

Идо словно фиксировал каждый мой жест: каждый поворот руля, каждый мимолетный выдох. Будто ждал, что я в любую секунду сорвусь, резко выкручу колеса и отправлю нас в кювет — просто чтобы прекратить эту пытку ожиданием.

В какой-то момент плотина моего терпения окончательно рухнула.

— Может, ты уже перестанешь контролировать каждый мой вздох? — я бросила на него резкий, колючий взгляд. — У нас одна цель, Идо. Я не собираюсь выкидывать никаких фокусов. Так что уймись и просто смотри в окно.

Он даже не вздрогнул. Лишь уголок его губ дрогнул в едва заметной усмешке, будто он услышал нелепую детскую шутку.