Книга (не) Желанная. Замуж за врага, страница 70 – Ирэна Рэй

Дорак мысленно усмехнулся: рядом с таким красавцем любая будет казаться дурнушкой, тем более Надорская провинциалка.

Он перевёл взгляд на герцогиню…

Однако!

На мгновение кажется, что Риченда Окделл и Риченда Алва — две разные женщины. Те же тонкие черты лица, серые глаза, русые волосы, но отличия невозможно не заметить.

Герцогиня Алва ярче и смелее девицы Окделл во всём: в вызывающем декольте чёрного платья, в манере держать себя, в горделиво-пренебрежительной посадке головы. А ещё во взгляде, который словно говорит, что, появившись здесь, она оказала всем величайшее одолжение.

В Риченде больше нет ни простоты, ни налёта провинциальности, только изящество, изысканность и холодная сдержанность.

Воистину Оллария ещё не видела такой герцогини Алва!

Шея, руки, волосы Риченды усыпаны сапфирами. В свете сотен свечей синие камни мерцают каким-то живым блеском, отбрасывая мягкие, завораживающие тени на кожу и волосы молодой женщины.

От «Сапфировой герцогини» невозможно отвести взгляд. Это подтверждают и долгие мужские взгляды, и приподнятые брови дам.

Если герцогиня Алва, не желая уступать своему супругу, решила стать объектом восхищения для одной половины двора и зависти для другой, то она преуспела.

Кардинал снова посмотрел на Ворона. Не нужно быть провидцем, чтобы понять, что возмутитель всеобщего спокойствия очень доволен и собой, и устроенным представлением.

В том, что всё это было заранее спланировано герцогом, Дорак не сомневается. Выражение лица Первого маршала сохраняет привычное равнодушие и безразличие ко всему вокруг, но Сильвестр видит, как удовлетворение сапфировыми змейками скользит в синих глазах кэналлийца.

— Ваше Высокопреосвященство, — только Алва умеет кланяться, не теряя достоинства.

— Герцог, — кардинал кивает Ворону и переводит взгляд на склонившуюся в реверансе Агарисскую шпионку. — Герцогиня, — Дорак протягивает руку в привычном жесте благословения.

Маленькая притворщица, скромно опустив глаза, касается губами пастырского перстня. Безупречная игра.

— Примите мои поздравления.

— Благодарю вас, Ваше Высокопреосвященство, — отвечает за двоих Рокэ, сопровождая слова дежурной улыбкой.

Сильвестр сверлит маршала взглядом, но Ворона невозможно смутить.

Церемониймейстер трижды ударяет жезлом о пол и торжественно объявляет:

— Его Величество Фердинанд Второй Оллар — король Талига. Её Величество королева.

Мужчины преклоняют колени, дамы застывают в низких реверансах. Звучит гимн «Создатель, храни Олларов», и золочёные двери распахиваются.

Королевская чета появляется в сопровождении коменданта Олларии и, пока ещё — капитана Личной королевской охраны.

Король высоко держит голову и ни разу не сбивается с церемониального шага, Катарина в бело-чёрном платье, шествует, словно на эшафот. На лице страдалицы — вселенская скорбь, а тонкая шейка, увитая жемчугом, кажется сейчас сломается под тяжестью высокой причёски. Ещё одна притворщица.

Зажав в руках гранатовые чётки, Дорак присоединился к свите. Фердинанд и Катарина заняли места на двойном троне, кардинал опустился в кресло, стоящее чуть сбоку от Его Величества.

Король не умел править, но играть свою роль был обучен с младенчества:

— Рокэ, герцог Алва, Первый маршал Талига, подойдите к нам и представьте вашу супругу.