Книга (не) Желанная. Сапфировая герцогиня, страница 106 – Ирэна Рэй

— Я до сих пор сомневался, — признался Рокэ. — Лионель оказался решительнее меня.

— Он спас столько жизней, не только мою. Но как случилось, что ты вернулся так рано? Ведь военная кампания ещё не закончена.

— К тому времени, когда подошёл Эмиль, всё главное было уже сделано. Я передал ему полномочия и помчался в столицу. Знал, что здесь я нужнее.

— Дурные предчувствия? — тревожно спросила Риченда, вглядываясь в его лицо. В мерцающем свете свечей оно казалось осунувшимся, черты заострились ещё сильнее.

— И сны, — помедлив, ответил Рокэ. — Как перед Октавианской ночью. Те же образы. Та же тревога, что сдавливает грудь и не даёт дышать.

— Всё снова разрешилось благополучно, — напомнила ему Риченда, стараясь говорить уверенно, хотя внутри всё похолодело от его слов. — Для нас.

Рокэ слегка нахмурился, взгляд его ушёл в сторону, будто он видел что-то, не доступное ей. Риченда пожалела, что заговорила о возможных бедах. Она не хотела, чтобы он снова думал о проклятии, о тех несчастьях, которые, по его убеждению, неотступно следуют за ним и грозят ей. Эта тема была запретной, слишком болезненной для них обоих.

Чтобы отвлечь его, она чуть подалась вперёд, провела кончиками пальцев по его плечу. Рокэ перехватил её руку, поднёс к губам и оставил поцелуй на тонких пальцах — долгий, бережный, полный немой благодарности и любви.

— Люблю тебя, — выдохнул он, глядя ей в глаза.

— И я тебя, — прошептала Риченда в ответ. Она наклонилась, провела ладонью по его щеке, чувствуя под пальцами лёгкую колючую щетину.

Рокэ выглядел уставшим. Сказывалась и изнурительная дорога, когда он гнал лошадей почти без остановок, и этот бесконечный, трудный день. Тени под глазами стали ещё глубже, чем несколько часов назад.

— Тебе нужно отдохнуть, — Риченда подхватила со столика пузатую стеклянную баночку с ароматическим маслом, щедро налила перламутровой вязкой жидкости в ладонь и начала плавными массирующими движениями втирать в мужские плечи. Мышцы были твёрдыми, как камень, напряжёнными.

Рокэ прикрыл глаза и откинул назад голову.

— Как же хорошо, — выдохнул он. Голос его сел, стал низким и хриплым от удовольствия.

Риченда неспешно водила руками по его плечам, чувствуя, как напряжённые мышцы расслабляются под её пальцами. Вода в ванне чуть колыхалась, отсвечивая золотом свечей. Тишина стояла такая уютная и домашняя, что говорить о политике совсем не хотелось, но мысли всё равно возвращались к ней.

— Что теперь будет с Талигом? — спросила Риченда спустя несколько минут, не прекращая массажа. — Дорак хоть и был чудовищем, но он разбирался в политике. И во внешней, и во внутренней. Сейчас нет ни одного епископа, который смог бы занять его место. А Фердинанд — не король, а пустое место.

Риченда замолчала, потом всё же решилась задать вопрос, который давно вертелся на языке:

— Рокэ, мы никогда об этом не говорили, но ты — Ракан, и значит…

— Нет, — предвосхищая её вопрос, ответил Рокэ. — Талигом правят Оллары, и я дал клятву служить им. Кровную клятву. Знаешь, что это такое?

Она знала. Отец заставил её выучить древнее пророчество, когда подарил кольцо с символом Дома Скал. Риченда помнила каждое слово:

— Если поклясться кровью, а потом нарушить слово, то через шестнадцать дней земли клятвопреступника будут уничтожены вместе со всеми жителями. Отец верил в это. Говорил, что кровь Повелителей помнит всё. А ты? Ты веришь?