Книга (не) Желанная. Сапфировая герцогиня, страница 3 – Ирэна Рэй

— Войной? — удивился комендант крепости Машир. — Но у бакранов нет армии.

— Зато она есть у Талига, — сказал Робер. — Согласно Золотому договору, любой народ Сагранны в случае агрессии может призвать для защиты кого-то из стран-участников Договора. Бакна призвал Талиг в лице Рокэ Алвы. — Робер ещё раз перечитал послание, в котором говорилось, что Барсовы Врата будут взяты до отлёта голубых журавлей. После этого через Дарамскую равнину Алва планировал пройти во внутреннюю Кагету и дальше до самого Равиата.

— Не беспокойся, — поспешил успокоить его Машир, — эти Врата неприступны. Талигцы налетят на них, как коса на камень, и разобьют себе лбы. Это сродни безумию.

Робер не разделял уверенности Машира. Ворон и был безумцем. Болотистая Ренкваха тоже считалась непроходимой, но Ворон её прошёл, подавил восстание и стал Первым маршалом.

После полученного ультиматума они ожидали штурма, но его не последовало ни на следующий день, ни через неделю, ни даже спустя месяц.

Алва встал лагерем у реки и ничего не предпринима. Барсы продолжали грабежи варастийских деревень, но талигская армия за ними не гонялась.

Робер не понимал, чего выжидает Алва, и это раздражало. Как и необходимость спать в одежде и постоянно быть начеку в ожидании удара.

На исходе второго месяца воины цитадели заметно расслабились. Они снова крепко спали, много пили, караулов стало меньше, орудия вновь никто не стерёг.

А вот Адгемар к полученным угрозам отнёсся серьёзно. Правитель Кагеты собрал многотысячное ополчение. Казароны со своими дружинами стекались к Дараме, и сейчас там стояла огромная армия, готовая дать отпор талигцам. Вот только прорыва они ждали не со стороны Барсового ущелья, а с трёх других горных перевалов. Но Алва обещал пройти именно через Врата, и Робера не могло это не беспокоить.

…В ту ночь Эпинэ не спалось, он стоял на стене, облокотившись о ствол пушки и гадал, что и когда предпримет Ворон. Робер видел лишь одно уязвимое место в цитадели — обходную тропу, но она была столь узкой и петляющей по горному склону, что пройти по ней не то что армии, но и одному отряду не представлялось возможным. Кроме того, против целого гарнизона крепости одного отряда было бы недостаточно.

Робер огляделся. Высоко над головой сияли звёзды, но вокруг было темно и тихо, лишь откуда-то снизу доносились слова незнакомой печальной песни, которые напоминали об одиночестве и Риченде.

В последнее время он часто думал о ней. Возможно, тому способствовало незримое присутствие где-то рядом Алвы, чьей женой она сейчас была.

Робер глянул вниз: от земли и до половины своей высоты ворота тонули в густом, клубящемся тумане. И в этот момент раздался грохот.

К Роберу подлетел откуда-то взявшийся Машир:

— Началось! Готовь пушки!

От прибежавших на подмогу артиллеристов он узнал, что талигцы появились буквально из ниоткуда и тихо, без единого выстрела, вырезали все посты. Скорее всего, влезли по скалам. Одновременно с этим со стороны обходной тропы появились рогатые демоны со своими седоками. Прирученные горные козлы — вот для кого тропа оказалась лёгким препятствием.

В крепости царил хаос. Кагеты метались по двору, натягивая одежду и хватая оружие. Робер наравне с артиллеристами заряжал мортиры и стрелял. Но недолго.