Книга Княжий отбор, страница 68 – Инна Дворцова

Девочка стоит не шелохнувшись. Князь обнимает её, поднимая на руки.

— Ты единственное дитя, рождённое мне любимой женщиной…

— Скоро будет не единственное, – перебивает отца Валери. – Ведь к этому ты стремишься?

— Пусть так, – Ярослав прижимает дочь к груди ещё крепче, – только ты должна знать, что у тебя в моём сердце особое место. Никто и никогда его не займёт. Ты, Валери, мой первый ребёнок, моя дочь, как кто-то может заменить тебя?

— Нянюшка говорит, что как только ты женишься, и мачеха родит тебе сына, до меня тебе не будет никакого дела, – тихонько плачет княжна. – Никому не нужны дочери, все любят сыновей.

— Я твоей нянюшке язык вырву, – обещает князь. – Не слушай ты её. Не трави сердце и не рви душу. Ты моя любимая дочь, и даже если небо упадёт на землю, моя любовь к тебе не станет меньше.

— Я пообещала ей помочь вылететь с отбора, – признаётся Валери. – Но ты этого не хочешь?

— Не хочу, – отвечает отец. – Но, если ты так решила, я приму твой выбор и постараюсь понять.

— Но ведь тебе она нравится?

— Очень нравится, – говорит князь. – Я хочу, чтобы именно она стала нашей княгиней.

Девочка внимательно смотрит на отца. Какая борьба шла у неё в душе и что подсказывало сердце князь так никогда и не узнал.

— Я помогу выиграть ей на отборе, – говорит Валери. – Только и ты не забывай, что обещал мне.

Глава 37

Утро настаёт так быстро, словно ночь забегала на минутку попить чая. Приводим себя в порядок с помощью Маришки, которая не закрывает рот ни на минуту. Она так возбуждена предстоящим конкурсом, будто сама принимает в нём участие.

— Моя сестричка, ей пять лет, тоже будет участвовать, – наконец-то выдаёт волнующую её новость.

Теперь понятно, откуда у неё тревога.

— Как она попала в число участниц? – с любопытством спрашиваю я.

Интересно же где набрали столько детей, чтобы хватило каждой из невест.

— Так собирали ребятню по всем семьям, живущим на подворье князя, и то не хватило, – делится с нами Маришка. – Пришлось из города добирать.

— Так все и отдали своих чадушек? – улыбаюсь я, представляя, как стражники собирают детей по всей столице. Зрелище, наверно, презабавное.

— А почему бы не помочь? – подбоченясь произносит с достоинством Маришка. – Каждый хочет внести свою лепту в отбор жены для князя. Почётно это.

Я усмехаюсь. Вряд ли всех так вдохновил почёт для семьи. Не верю я в такое бескорыстие, да и князь слывёт щедрым господином.

— Уж не пообещали ли участие в отборе наградить? – спрашиваю я.

Маришка слегка краснеет.

— Да, за каждого ребёнка, который будет участвовать, дают серебряную гривну, – Маришка ещё усерднее расчёсывает волосы Миры. – Я так переживаю за сестру.

Деньги деньгами, а тревогу за своих близких никто не может снизить. Тем более дети, они же такие беззащитные.

— Не переживай, мы проследим, чтобы её не съели, – нервно шутит Мира.

Маришка кивает, а я думаю, что успокаивает подруга так себе.

Она старается взять себя в руки и не выдать беспокойства, которое сжирает её изнутри.

Мы рука об руку спускаемся в трапезную. Крепко вцепившись в мою руку, Мира делает мне больно, но я молчу. Ей и так нелегко.

Перед конкурсом мы завтракаем. Я стараюсь плотно поесть, а вот подруге кусок в горло не лезет.

— Надо поесть, – шепчу я ей. – Иначе грохнешься в обморок прямо во время конкурса.