Книга (не) Подарок для дракона. Развестись и не влюбиться, страница 196 – Лана Ларсон

В голове всё встало на свои места. Вот почему Лавена не смогла пройти магический барьер, оставленный Эргоном. Она была чужой для королевского рода, лишь удобным инструментом в руках этого древнего чудовища.

— И ценой за её благополучие стала я? Моя жизнь, моя душа?

— Всего лишь твоя магия, — поправил Валкарис холодным тоном. — Но тут некстати вмешалась Вильяра. Она спала века, но решила проснуться именно ради тебя.

— Почему вы так ненавидите её? — я нахмурилась, отчаянно пытаясь найти хоть каплю логики в этом безумии. — Она ведь Богиня, она защищает этот мир от вас!

— Ненавижу? — Валкарис внезапно рассмеялся, и на этот раз в его смехе послышалась бесконечная, вековая горечь. — Ты ведь совсем ничего не знаешь, верно? В ваших лживых летописях этого не написали. Вильяра была моей женой. Наши дети были рождены ею. Ты, все твои предки и большинство драконов — прямые потомки меня и Богини. Мы — одна большая семья, Арианна.

Мир вокруг меня окончательно рухнул, разлетаясь на куски. Богиня и Валкарис… супруги? Создательница и Разрушитель — одно целое?

— Это был мой ей прощальный подарок — вечная жизнь, но не в этом грубом мире. Она была слишком одарена светом, и даже после смерти её дух продолжает помогать смертным. Но я всё равно оказался умнее. Я просто заберу то, что принадлежит мне по праву крови.

— Зачем тогда вы пытались убить меня в Риольде? — я вспомнила ту страшную ночь. — На балу, когда подослали убийцу?

— О, я вовсе не хотел твоей смерти. Тот наемник должен был лишь забрать твою тень, оставив тебя пустой, послушной оболочкой. Так мне было бы легче снять печати с твоей магии. Но вмешался твой «случайный» муж. Эргон силен, мальчик перспективный… Но со мной ему тягаться не под силу. Он всего лишь дракон, а я — само начало этого мира.

Я сглотнула вязкий ком в горле, чувствуя, как Тьма у моих ног начинает шевелиться, лихорадочно хватая за лодыжки. Один последний вопрос мучил меня, пульсируя в висках вместе с нарастающей тревогой.

— Кто на самом деле проклял наш род? — мой голос прозвучал глухо и надломлено в этой пустоте. — Мне твердили, что черные волосы и угасание искры — это последствия древнего искажения. Случайный сбой в магии…

Валкарис усмехнулся.

— Сбой? — в его интонации сквозило ледяное превосходство. — Это действительно началось случайно, по глупости одной из ваших прародительниц, которая заигралась в Тени. Но я быстро понял: так будет даже лучше. Я не стал исправлять этот «сбой», я бережно взрастил его.

Он начал медленно обходить меня по кругу, и его голос теперь звучал то слева, то справа, дезориентируя.

— Видишь ли, Арианна, чистая «звездная» магия в первозданном виде слишком летуча и нестабильна. Она принадлежит высокому небу. Но проклятие… оно стало тем самым необходимым якорем. Чернота в ваших волосах — это не болезнь, это мой личный след. Искажение работало как идеальный фильтр: десятилетиями оно сжимало и концентрировало твою родовую силу, превращая её из разреженного света в невероятно плотный сгусток энергии. Твой род был для меня живым магическим сосудом. Проклятие «сгущало» вашу ману, делая её питательной и осязаемой для Тьмы. Без этого искажения твоя магия была бы для меня просто бесполезным солнечным бликом, а теперь… она стала эликсиром, способным вернуть мне утраченную плоть.