Книга Теорема любви для непокорной Звезды, страница 43 – Анастасия Милованова

Резерв наполняется энергией, которая расплескивается вокруг. Я вижу ее отчетливо, как тогда, когда Кара пыталась меня вылечить, а по итогу накачала магией по самые ушки. Итан тянет ко мне руку, моя магия почти касается его, но уже в следующее мгновение оседает сгоревшими искрами. А все потому, что рядом раздается вежливое покашливание.

— Лорд Райнхарт?

Мы оба вздрагиваем. Резко оборачиваемся к темноволосой незнакомке, появившейся перед нами неизвестно откуда. Хотя сейчас я бы и приход императора не заметила бы. Нервно сглотнув, скашиваю взгляд на Итана. Тот выглядит потерянным. На лбу замечаю испарину и вот это уже не на шутку пугает.

— Итан, что с тобой? — состояние ректора отмечает и незнакомка.

Одетая в просторное белое платье с золотым шитьем, которое опоясывает талию, она разглядывает Итана с искренней тревогой в янтарных глазах. Высшая драконица и ее внимательность к ректору неожиданно вызывает во мне глухое раздражение. Не будь я альвой, решила бы, что это драконьи инстинкты «Моё, не отдам!» просыпаются.

— Все в порядке, Лираника, — спокойно отвечает Итан. — Просто поистратился во время воспитательной беседы со студентами.

И тут меня осеняет. Точно! Ведь там, в холле, ректор использовал принуждение к очень большой группе драконов. Конечно, его резервуар серьезно опустел и теперь я для него лакомый кусочек живительной подпитки. Неудивительно, что Итан от меня шарахается!

— Вы хотите получить благословение Камалисс? — склонив голову на бок, интересуется стоящая перед нами женщина.

— Нет-нет, — поспешно отвечает ректор. — Я хотел бы показать Миррали галерею родов. Она…

— Дочь Литы, я поняла. Обещанная Искра, — кивает Лираника с будничным видом, а у меня мозг взрывается.

Какая Лита? Какая дочь? Мою маму звали Аламея!

Мечусь совершенно ошалелым взглядом между этими двумя. Требую ответов, но ни странная женщина, ни Итан не спешат мне их давать.

— Я все равно принесу слезу Камалисс, — не обращая на меня внимания, произносит Лираника и смотрит только на ректора. — Ты сколько угодно можешь гордиться своей выдержкой, но рядом с Искрой даже твоя железная воля может дать слабину.

— Как скажешь, — соглашается Итан, резко выдыхая. Он чуть опускает голову, будто собирается сделать шаг вперед и спрашивает: — Пропустишь?

Лираника молча отступает в сторону, открывая путь дальше, к мосткам, над которыми свисает удивительный кристалл. Ректор первым ступает по покрытым мягким мхом перекладинам и, оглянувшись, подает мне руку.

Внутри еще бушуют отголоски магической бури, резерв переполнен, а эмоции скачут от негодования до паники. Я не понимаю, что происходит, почему я так реагирую на разлитую в воздухе силу. Не понимаю, о чем говорили эти двое. А потому молча смотрю на протянутую мне ладонь.

— Миррали, тебе нечего бояться, — с мягкой улыбкой произносит Лираника. — В святилище ты в безопасности. Камалисс не даст навредить своим дочерям.

— Ага, — это всё, на что я сейчас способна.

Потому что слова женщины никак не проясняют хаос в моей голове. Но руку Итану я подаю. Он здесь единственный, кому я доверяю безоговорочно. Возможно, потом пожалею, но сейчас просто следую зову интуиции.

В полном молчании мы проходим один мост за другим. Оказавшись на самом крупном островке, прямо под кристаллом, я задираю голову, чтобы рассмотреть его. И понимаю, что это, должно быть, обратная сторона Светоча. Того самого, что прошивает здание Драгрис и в котором заключен Аштар.