Книга Теорема любви для непокорной Звезды, страница 55 – Анастасия Милованова

— Итан?

Тихий голос принцессы заставляет меня вздрогнуть и стремительно развернуться. Успеваю заметить, как расширяются ее глаза по мере моего приближения. Но плевать, я должен быстро проинструктировать Миррали и пойти в святилище. Надеюсь, у Лираники есть ответы на мои вопросы.

— Присядь, — мягко предлагаю я, подводя принцессу к кровати.

Золотая драконица тут же спрыгивает на пол и семенит к хозяйке. Остальные фракисы затевают свару, пытаясь вытолкнуть друг друга из объятий Миррали.

— Всё плохо? — сокрушается принцесса.

— С чего ты решила?

Присаживаюсь на корточки у ее колен и внимательно всматриваюсь в лицо девочки. Безумно красивая: чистая нежная кожа, тонкие черты лица и эти оленьи глаза, которые сейчас как-то странно блестят. У меня дыхание перехватывает каждый раз, когда смотрю на нее. Как увидел первый раз в священном гроте Илларии, на свадьбе ее подруги — так и насмотреться не могу. И какая она всё-таки еще юная, совсем невинная. Но не моя. Чувствую, как внутри бьется драконья ипостась, утверждающая обратное. Не спорю, моя тяга к ней может быть обусловлена не только Искрой в ее крови. Но мои чувства ничто перед ее ролью в судьбе Демастата.

— Ты хмурый, — вскидывает глаза Миррали и, будто сама не осознавая своих действий, тянется рукой к моему лбу.

Нежно касается кожи, а меня словно разрядами прошибает. От затылка к паху. Опускаю голову, чтобы ненароком не бросится на Миррали. Даже челюсть стискиваю, пытаясь усмирить бурю внутри. А принцесса продолжает как ни в чем ни бывало:

— У тебя всегда морщинка появляется, когда ты зол или раздражен. Значит сейчас все идет не та-а-ак.

Последнее слово она тянет, будто пьяная. Вглядываюсь в ее глаза и понимаю, что меня насторожило. Малышка действительно опьянена. Зрачки расширены, на щеках румянец. Не обращая внимания на воюющих питомцев, она подается ко мне. Фракисы, недовольно шипя, сползают на кровать и принимаются гоняться друг за другом.

— Миррали, у тебя магическая передозировка, — говорю я, всерьез начиная беспокоиться о ее состоянии. — Ты обмениваешься сразу с четырьмя фракисами, один из которых императорский.

— И? — хихикает принцесса, спускаясь ко мне. Встает на колени и, снова закусив губу, пялится на меня. — Это же хорошо? Много энергии, больше сил для завершения ритуала.

Протягивает руку и касается воротничка моей рубашки. Перехватываю ладошку и под смех Миррали резко разворачиваю ее к себе спиной. Прижимаю к груди, обездвиживаю. Конечно, можно было бы просто отойти в сторону, поговорить на расстоянии. Но… Камалисс, можно мне немножечко персонального счастья? Миррали завтра о своем поведении и не вспомнит, а я урву себе минуты эйфории.

— Твои каналы полностью настроились на магию Аштара, — произношу, склонившись к уху принцессы.

Ловлю сладкую дрожь ее тела и еле сдерживаюсь, чтобы не впиться губами в шею Миррали. Борюсь с желанием провести дорожку из поцелуев до сладкого рта и выпить ее неровное дыхание. Картинка настолько яркая, что я ловлю себя в миллиметре от шеи Миррали. Похоже я переоценил свою выдержку.

Перевожу взгляд на затихших фракисов и сталкиваюсь с осуждающим взглядом золотистой драконицы. Ее янтарные глаза будто говорят мне: «Ну не при детях же!».

Действительно. С трудом беру себя в руки и разжимаю объятия. Но отодвинуться от Миррали — выше моих сил. Так и сидим: она ко мне спиной, между моих широко расставленных ног.