Книга Дитя Тёмного Лорда, страница 60 – Алла Биглова

— Тёмный Лорд, ты сегодня совсем не в форме. Что-то произошло?

— Хроническая усталость. Думаю, ты прав. Остальное лучше перенести на завтра — сегодня я совсем рассеянный, — с улыбкой заметил я.

Народ, с которым я не успел поговорить мгновенно завозмущался, мол, на всё подобное есть лекарственные зелья. Я отмахнулся, напомнив им, что любые подобные зелья могут привести к ухудшению здоровья. А я некромант, а не бессмертный.

После заката солнца мы втроём собрались в подготовленном зале. Комната была тёмной, зашторенной, пахло магическими травами, нужными для призыва, а горящие свечи были расставлены по кругу.

— Ты и места посадки отметил крестиком? — хихикнул я, отметив чрезмерные старания брата.

— А ты матушку хочешь с первого раза вызвать, или ещё пару раз сюда прийти, пока отец не прознает, чем мы занимаемся в этой комнате? — ядовито ответил брат, и я, пожав плечами, пришёл к выводу, что он, собственно, прав.

Артемиус молчал, и, судя по его взгляду, он к очередной встречи с отцом не был готов и был солидарен с Магнусом.

Мы расселись чётко по местам. Безумно нервничал, потому что давно не практиковал. Вообще ненавидел в себе ту часть, которая умела общаться с потусторонним миром.

С другой стороны, я так и не попрощался. Я вернулся в этот мир, когда узнал, что мать мертва. Я не стал пользоваться даром, хотя мог, чтобы просто пообщаться с ней. А теперь у меня был повод.

Братья послушно ждали моего приказа, а я начал произносить слова, о которых всё пытался забыть. К счастью, я знал их, как молитву.

В какой-то момент я достал клинок, что всегда носил с собой, и под фырканье Магнуса, полоснул ножом по ладони. Я мог воспользоваться кровью любого из присутствующих, но это было не в моих принципах.

Если я — некромант, то именно мне нести это тяжёлую ношу. И мне же отдавать свою кровь.

Ярко-алая магия заструилась в воздухе, окутав меня красной дымкой призыва. Затрепетал: ещё мгновение и я смогу поговорить со своей мамой.

Некоторое время ничего не происходило, пока не послышался треск, и мы не услышали мамин голос:

— Мои сыновья… зачем вы прервали мой покой?

Затем она появилась сама. Бледная, как тень, светлая, как призрак. Она была также прекрасна, какой я её помнил при жизни, за исключением отсутствия у неё тела. Она парила в воздухе, в том кругу из свечей, и была прозрачной, как вода в наичистейшем источнике.

— Демитрий, — матушка посмотрела на меня и покачала головой. — Ты бросил свою возлюбленную и дочь, чтобы править здесь? Я думала, что ты поступишь иначе.

Замер, потому что был не готов начинать разговор с упрёков в мою сторону. Я помнил мать как добродушную женщину, которая очень боялась отца. Но тперь я видел её силу и властность.

— Магнус, — она перевела взгляд на среднего сына. — Я думала, что ты будешь бороться за то, что тебе так важно и станешь в итоге королём.

Магнус потупил взгляд. Но что он мог сделать против традиций и общества, которое, в общем-то, само было против него?

— Артемиус, — она взглянула на младшего сына и покачала головой. — Я надеялась, что ты перестал бояться отца.

Одно только мгновение матушки в этом мире, а мы уже отчитанные маленькие щенки.

Жаль, правда, что каждое её слово — правда. Она права.

В зале повисла гнетущая тишина. Наше молчание продолжалось очень долго, или только мне показалось целой вечностью. Никто из нас не решался заговорить с матерью, и она так и парила в воздухе, осуждающе глядя на каждого из нас.