Книга Измена. Свадьба волка, страница 50 – Алиса Князева

Я не понимаю, что случилось. А спустя пять ударов сердца чувствую, что на меня никто уже не давит.

Меня поднимают на руки, прижимают к груди. Втягиваю носом воздух и чувствую до боли знакомый запах мяты и смолы. Ровер!

Лорд в ярости. Не знаю, что именно он сделал, но теперь оба моих обидчика кубарем катятся с лестницы в сторону сада. Вокруг слышно рычание и, качнув головой, я замечаю множество волков всех возможных расцветок. Взгляд задерживается на крупном белом, что возвышается над всеми. Светло-серые глаза смотрят на меня с ледяным равнодушием, так что я жмусь к Роверу.

От него пахнет вереском… Сейчас я готова простить и это тоже.

Мне страшно, обидно и очень-очень гадко от себя самой.

— Как посмели вы, твари, — рычит Альварин, — нарушить законы гостеприимства и прикоснуться к моей наречённой? Даю шанс на последнее слово.

— Ты ответишь за земли, Ровер! — рычат снизу.

— Бессмысленное слово, — огрызается лорд и прижимает меня крепче. — Раз вы не желаете вести себя как волки, будете лишь дичью. Станете охотничьим трофеем. И никто не сможет спорить, что я провожу лучшие балы.

Волчье море перерыкивается и медленно стекает с лестницы к обречённым, которые, со скулежом бросается через сад к лесу. Что с ними будет, я могу лишь догадываться, потому как ровер вносит меня в опустевший зал.

— Зачем ты ушла, Эйлис? — спрашивает он, но будто бы не у меня. — Я же сказал, ждать меня у напитков.

— Я ждала, — тихо отзываюсь я. — Те цветы.

— Да. Ложный мирабилис. Я разберусь с тем, как это случилось и кто виновен.

— Это яд?

— Отчасти. Он позволяет усыпить зверя. Я тоже не чувствую сейчас волка, иначе бежал бы впереди всех и лично задрал этих ублюдков.

Я сглатываю. У меня есть пара догадок относительно того, кто мог желать усыпить зверя Ровера.

— Они сказали, это из-за гор. И… — я касаюсь шеи, где ещё недавно висела подвеска. Щёки снова перечёркивают дорожки слёз. — Прости меня. Я не сберегла.

Ровер останавливается и резко впивается в меня взглядом. Один из его зрачков намного больше другого, так что выглядит он жутко.

— Я не успел? Они лишили тебя невинности?

— Нет. Подарок — плачу я. — Сломали. Прости, Ровер.

Он смотрит на мою шею, некоторое время думает, а после садится и порывисто обнимает меня.

— Плевать. У тебя будет столько украшений, что ты встать не сможешь под их весом. Проклятье, Эйлис… как же я испугался. За тебя.

Он ловит меня за подбородок и стирает слёзы со щеки большим пальцем.

— Прости меня, — эхом звенит в ушах его бархатистый голос.

— Ты издеваешься, Хантер? — рычу я сквозь зубы, успевая улыбаться гостям, которые замечают меня. — Ты присматривал за ней. Мила не должна была приехать!

— Чего ты от меня хочешь, — тот поднимает ладони. — Это твоя ведьма, сам с ней и разбирайся. Она была зла как загнанная горная кошка, разнесла половину поместья. Потом долго раскладывала карты, сварила какое-то снадобье и выпил его.

— И чем всё это время занимался ты? — резко оборачиваюсь на него. — Какого демона твой язык удлиняется, когда подсаживаешься на уши моей жене, и отсыхает напрочь при разговоре с Милой?

— Не вешай на меня своих женщин. Ты это устроил, тебе и разгребать.

Без толку с ним разговаривать. Сейчас я должен изображать гостеприимного хозяина и развлекать гостей, чтобы сохранить репутацию, а вместо этого…