Книга В час, когда замурлычет кот…, страница 11 – Анна Леденцовская

— Послушайте! Эй, господин Морбейн! Прекратите всех пугать, — услышал он женский голос и не сразу сообразил, кто так нагло пытается от него что-то требовать. — Хиль уже в тарелку носом клюет. Надо уложить ее спать. Где комната девочки?

Хиль! Имя дочери встряхнуло мозги и прояснило мысли.

«Комната и все прочее для ребенка. Нянька из другого мира, — сообразил некромант, поднимая глаза от испорченных приборов и фокусируя взгляд на чуть испуганной, но решительно сжавшей губы в неодобрительную гримаску молодой женщине. — Еще вон и то рыжее недоразумение с его дурацким пророчеством и наглыми амбициями…»

— Что ж… э-э-э… Вера Дмитриевна, — чуть замешкавшись, вспомнил он ее имя, — как вы понимаете, я не был готов и не очень в этом разбираюсь. Думаю, пока вам вместе с Хиль придется пожить в моей комнате. Я могу ночевать в лаборатории или кабинете. Завтра мы обсудим, что нужно ребенку.

Дочь и правда, наевшись, почти засыпала, осоловело тараща глазенки. На пухлой щечке прилипли крошки от хлеба, маленькие пальчики обводили завиток на скатерти, вышитый серебристым шелком.

Пронзительная нежность, которой он даже в себе не подозревал, болезненно отозвалась в сердце.

— Вот. Думаю, на время сойдет. Здесь вполне комфортно. За той дверью… м-м-м… удобства. — Широким жестом обведя собственную комнату, Азрайт шагнул к шкафу в углу, торопливо выудил несколько предметов гардероба. — Я соберу кое-какие вещи, которые могут мне завтра понадобиться, и оставлю вас. Кровать достаточно широкая, и вы с Хиль сможете спать тут вдвоем.

Пожалуй, удобства и комфорта Вере с малышкой здесь и правда хватало, но, по мнению женщины, только на время, на пару дней. Как и весь мрачный особняк, эта холостяцкая спальня некроманта совершенно не подходила для маленького ребенка. Чего стоила одна прикроватная лампа. Явно дорогую, поблескивающую самоцветами безделушку украшали крошечные золотые черепа с рубиновыми вставками в глазницах, а ее изогнутое основание было выполнено в виде косы с черной лакированной рукоятью и красной эмалью по краю лезвия, с которого свешивались на тончайших нитях светящиеся капли, явно изображающие кровь.

— Брр… — Веру Дмитриевну внутренне передернуло от такой прелести.

«Специфика профессии — с этим, конечно, ничего не поделать, но зачем тащить некромантские символы в спальню?» — размышляла она, помогая сонной девочке снять платье и грязные поношенные ботиночки.

Пальто-пелеринку Хиль сбросила еще раньше, в столовой, и одежду забрал кто-то из костлявой некромантской прислуги. Различать, как сам хозяин, одинаковых скелетиков Вера не могла.

Какой-то из них сейчас как раз расправлял постель, по приказу Азрайта меняя белье на свежее, такое же черное и шелковое, как было до этого.

Не успела на толстую перину лечь чистая простыня, как на кровать одним прыжком запрыгнул кот и начал там гнездиться с такой наглой бесцеремонностью, что Вера не выдержала.

— Тут ты спать не будешь! — Крепко ухватив паршивца за шкирку, она сердито встряхнула поджавшего хвост и уши Амура, не ожидавшего от нее такого демарша. — Неизвестно, где твоя мохнатая тушка до этого лазила и каких паразитов нахватала. Да и вымытому — а я тебя для начала отмою — тоже не следует ползти в кровать. Поспишь вон хотя бы на кресле, а потом придумаем тебе место.