Книга Хозяйка таверны «Сердце дракона», страница 57 – Дарина Ромм

Когда лапища идущего последним Грюмока одарила меня завершающим плюхом, я от злости сама была готова перегрызть каждому монстру горло. Из-за них, гадов! Из-за них мое плечо сейчас просто отвалится!

— Пойдем, птичка, тебе тоже надо поесть, – потянул меня к двери Седрик. – И плечико подлечить.

— Да, не помешало бы, – пробухтела я, поглаживая ноющее место.

Мы сделали несколько шагов, и вдруг мой висок, словно огнем обожгло. Я дернулась от боли, резко обернулась и напоролась на холодный, какой-то мертвый взгляд на красивом лице Изекила Финда. Блондин смотрел на меня, не отрываясь, и вдруг в голове у меня раздался тихий, шипящий голос:

«Лучш-ше отдай «Сердце». Иначе пожалееш-шь».

* * *

«Отдай «Сердце»… Пожалееш-шь… Отдай с-скорее…» – продолжал шипеть в голове мерзкий голос, пока я, вцепившись в ладонь Седрика, шла к двери таверны. Спину мне колол взгляд Изекила, мертвенно холодный, ужасный, а голос шипел и шипел:

«Отдай… С-скорее… Инач-че умреш-шь…»

«Да пошел ты к черту!» – мысленно воскликнула я, когда выносить это стало совсем невозможно. Повернулась, подняла правую руку, сложила всем известную фигуру из трех пальцев и показала ее блондину. Сочно, от всей души рявкнула:

— Пошел к чертям собачьим, червяк! – и слово неприличное добавила, короткое, но емкое. Потом еще парочку, уже подлиннее и более красочных. Ну, надо же, я умею материться! А раньше у меня не получалось, буквально язык не поворачивался. Что этот мир со мной творит?!

И вдруг произошло такое, что у меня челюсть едва не отпала. Изекил пронзительно вскрикнул и отшатнулся, будто в него раскаленной головешкой ткнули. Закрыл лицо руками, развернулся и бросился бежать. В полном изумлении я следила, как он гигантскими скачками несется прочь, и не знала, что подумать.

— Что это с червяком случилось? – раздался удивленный голос Седрика, когда блондин скрылся из виду. – Василиночка, птичка моя, каким заклинанием ты его так приложила?

— Каким заклинанием? Я ничего не прикладывала, – не поняла я.

— Ты только что непонятные слова произнесла…

— А-а-а… это национальная магия моего народа, – ответила я, сама обалдев от произошедшего. – В моей стране так нечистую силу прогоняют.

— Хм… – глубокомысленно ответил Седрик, и еще раз. – Хм-м!

— Что?! – с подозрением спросила я.

— Теперь понятно, почему артефакт выбрал в Хозяйки именно тебя, – ответил лис, задумчиво рассматривая мое лицо.

— Да ла-адно! – рассмеялась я. – Я же пошутила, это никакая не магия, это ругательство, причем неприличное. Воспитанные люди такое не произносят, а если и скажут прилюдно, то извинятся.

— А ты что, хорошо воспитана? – вроде бы не поверил Седрик, продолжал пристально меня рассматривать. Глаза у него снова поменяли цвет, стали темно-оранжевыми, а в зрачках мерцали яркие огненные всполохи.

— Я, вообще-то, искусствовед, институт культуры закончила, – ответила я смущенно. – Работаю в музее, занимаюсь оценкой произведений искусств и никогда не ругаюсь. Только сейчас, первый раз в жизни. От злости, наверное.

— Растешь, детка, умнеешь! – вроде как одобрил оборотень и открыл передо мной дверь в таверну, где все мое «воинство» уже сидело за столом. – Прошу вас, леди-искусствовед.

Этот странный завтрак оказался на удивление веселым, хотя я думала, никому кусок в горло не полезет. Но ничего подобного, все с аппетитом жевали, дружно запивая еду элем и сидром. Громко болтали и весело смеялись над постоянно звучащими шутками.