Книга Проклятье академии Ардман, или Все равно ты будешь мой, страница 63 – Ксения Винтер

— Как это ужасно, — с искренним сожалением проговорила я. — И что же вы?

— А я ушёл в недельный запой, из которого меня с огромным трудом вытащил Кея и отправил на месяц в глухие леса в качестве сопровождающего его жены Марши — она биолог и каждое лето со студентами-ботаниками и зоологами отправляется в поход на практику по изучению флоры и фауны. Месяц вдали от цивилизации в постоянных попытках не дать далёким от дикой природы ребятам потрогать змею, сорвать ядовитый цветок или утонуть в болоте помогли мне немного прийти в себя. По возвращении я забрал документы и перевёлся на факультет артефакторики, который и закончил с отличием. К тому времени весьма удачно на пенсию вышел преподаватель физической подготовки, и Кея порекомендовал Фейтману на эту должность меня.

— А что же ваш отец? Вы с ним помирились?

— Нет. За десять лет мы с ним ни разу не увиделись и не написали друг другу ни строчки. Однако я поддерживаю связь с матушкой и от неё знаю, что, поскольку свадьба с Лэйдэн не состоялась, отец не дал хода подписанным мной документам, так что официально я всё ещё являюсь герцогом Мейкло, а заодно одним из самых завидных женихов. О чём мне постоянно напоминает драгоценный кузен, по какой-то непонятной причине поставивший перед собой цель найти мне подходящую жену. Полагаю, не последнюю роль в этом сыграли наши матушки, с которыми он, как хороший сын и племянник, вынужден чаёвничать каждые выходные.

— Я бы так не смогла, — честно призналась я. — Мы с отцом часто ссоримся, вы уже и сами поняли, профессор, характер у меня не из лёгких. Но я бы никогда не сделала ничего такого, что могло бы заставить его от меня отказаться. Он — всё, что у меня есть.

— А как же мать?

— Она умерла, когда я была маленькой.

— Мне жаль, — в голосе Вирайна слышалось искреннее сочувствие. — И ваш отец не женился снова?

— Нет, — покачала я головой. — Насколько мне известно, он даже и не пытался найти новую жену. Всё его свободное время всегда принадлежало мне. Наверно, поэтому я выросла такой капризной и избалованной.

— В здоровом эгоцентризме нет ничего плохого, — пожал плечами Вирайн. — По своему опыту могу сказать, что вы не самая капризная и избалованная девица, с которой мне приходилось иметь дело. А ваше упорство и вовсе порой вызывает восхищение. Ещё бы чуть больше самообладания и самоуважения, и цены бы вам не было.

— Насчёт самообладания согласна, тут у меня проблема. Но причём тут самоуважение? У меня с ним всё в порядке!

Вирайн наградил меня скептическим взглядом.

— Если бы у вас было всё нормально с самоуважением, вы бы не поступили на факультет боевой магии, чтобы что-то там кому-то доказать. Я, конечно, не девочка-подросток, и мне очень сложно понять, что именно творится в вашей голове, но одно могу сказать наверняка: ни один человек не достоин того, чтобы ради него меняться. Вы должны ценить себя такой, какая вы есть. Уважать свои сильные стороны и принимать слабые. Какой смысл ломать себя в угоду кому-то? Это не сделает вас счастливой.

— Меня с детства учили, что нет предела совершенству, — пожала я плечами. — Нужно стремиться к идеалу.

— И зачем к нему стремиться? — Вирайн насмешливо фыркнул. — Во-первых, идеал на то и идеал, потому что недостижим. Во-вторых, жизнь не бесконечна. Какой смысл тратить её на совершенствование в том, что вам не нужно? Ну, вот на что вам сдалась боевая магия? Нет, я понимаю, азы должен знать любой человек, чтобы суметь защитить себя в момент опасности. Но проходить полное обучение, делая из себя солдата… Для чего? Тем более что у вас и склонности-то к боевой магии нет, и вы буквально ломаете себя, пытаясь достичь хотя бы среднего уровня.