Книга Судьба солнечного дракона, страница 67 – Рацлава Зарецкая

Армина было не изменить. Да, он мог проявлять ласку и доброту, мог улыбаться и быть заботливым. Но он не знал, что такое милосердие, а правитель без милосердия обречен быть тираном до конца своих дней.

За воротами, ведущими в дворцовый комплекс, я буквально налетела на Сана. Мои глаза заволокли слезы, и я почти нечего перед собой не видела.

— Нара, что случилось? – обеспокоенно спросил принц, осторожно сжимая мои плечи.

Я подняла на него заплаканный взгляд. Чуть в стороне, в тени деревьев, я заметила Туксури. Ну, конечно, Аримн не мог отпустить меня одну, без присмотра.

Убедившись, что я в безопасности, Туксури направился к воротам.

— Нара, – Сан все еще ждал моего ответа.

Закусив дрожащую губу, я ветрела рукавом блузки слезы. Впервые за все время пребывания в Тэян мне отчаянно захотелось домой.

— Я никогда не смогу примерить наши королевства, – дрожащим голосом произнесла я. – Ведь для этого мне следует примириться с тем, что это чудовище станет моим мужем, а я никак не могу это сделать…

Сказав это, я снова заплакала. Не те слова я хотела сказать Сану, но почему-то с языка слетели именно они. Видимо, морально ослабев, я озвучила то, что было у меня на душе.

Сильнее всего я боялась ни того, что не смогу примирить наши королевства, а того, что мне придется выйти замуж за чудовище.

— Все будет хорошо, Нара. – Сан вдруг прижал меня к себе и крепко обнял. – Клянусь своей жизнью, я не позволю ему навредить тебе. Ничего не бойся, принцесса. Ничего не бойся.

— У тебя руки не из того места растут!

— Зачем ты положила это сюда?!

— Скатерть должна быть синяя!

— Нет, хочу красную скатерть!

— Возвращаем синюю!

— Нара, ты вообще понимаешь, что я тебе говорю?! Тебе слуги уши не чистят?!

— Убираем синие скатерти! Хочу, чтобы они были светло-зелеными, это цвет принца Гона.

От визгливого голоса принцессы Юнхи болела голова, но я стоически выдержала это испытание, не говоря ей ни слова поперек. Наложницы нисколько не ошиблись, рисуя ее в самых жутких красках. Принцесса, действительно, была невыносимой. Бедный принц Гон. Не мудрено, что он постоянно пропадает на тренировочном поле вместе с братьями и командиром дворцовой стражи.

Однако надо отдать принцессе Юнхи должное – работая с ней, я ни разу не вспомнила о вчерашних событиях. Зато стоило мне покинуть ее, как в голову сразу же ворвались воспоминания того, как Армин на моих глазах убивает молящего о пощаде юношу. И как потом пришедшие ко мне наложницы Сумин и Боми со слезами на глазах сообщили, что Наён забрала дворцовая стража и увела в темницы.

Позже, перед сном, в мои покои заглянул Армин, но порог так и не переступил. Видимо, чувствовал свою вину и холод, который я источала в его присутствии.

— Я сам проведу допрос наложницы Наён и прослежу, чтобы ее сильно не калечили, – тихо сказал он. – Принцу Наму пока ничего не угрожает.

— А нельзя вообще не калечить? – спросила я, даже не повернувшись к нему лицом.

— Если не пытать, она ни в чем не признается…

Ругаться и доказывать свою точку зрения на все это мне уже не хотелось. От Мирён я знала, что за Наён вступались не только все наложницы, кроме Чанми, но и сама королева Тохва. Наследный принц не хотел ничего слушать. Вряд ли мои слова могли бы его переубедить.