Книга Голос прибоя, страница 30 – Эмма Хамм

— Все, я готова. – И помахала этими руками для выразительности.

Это она так просила ее подхватить? Какая прелесть. Макетесу два раза предлагать ее коснуться не надо – хотя бы чтобы снова ощутить ее мягкость.

Выскочив из воды и неаккуратно заливая водой когда-то идеальные кресла, ундина взял ее за талию, дождался, пока она немного расслабится, а потом оторвал от пола и утащил за собой.

При контакте с водой у Эйс вырвалось протяжное шипение – вероятно, потому, что ей было холодно. Макетес знал, что ахромо были куда чувствительнее его народа. Мира с Аней, разумеется, жили куда ближе к поверхности. Там было заметно теплее, и все равно они жаловались на холод, когда ныряли без костюмов.

— Холодно? – спросил он, когда они опустились под воду.

Между ними проплыла фотография чьего-то лица и прилипла к шлему Эйс. Надпись он прочитать не смог, но там было всего четыре буквы, напечатанные сразу над головой мужчины, указывающего словно бы прямо на него.

Эйс скинула с шлема бумажку и возмутилась:

— Ну разумеется мне холодно! Это же океан!

Итак, его ахромо не любила ранние подъемы. Печально для нее, потому что он как раз любил. Макетес обожал утро и приключения нераспланированного дня. Эйс, похоже, этой любви не разделяла. Впрочем, он это уже и так знал, если подумать. Она никогда не писала ему в начале дня, но он думал, что она просто была занята.

Отпустив Эйс, Макетес протянул руку, чтобы провести ее через лабиринт строения в открытое море. Но она была умна. Его ахромо знала, что безрассудно вылетать на открытое пространство глупо. Уперевшись руками в верхний край разлома, она выглянула в бездну.

Макетес думал, что она немного испугается, но ничего такого в воде не почувствовал. Пока Эйс выискивала вокруг угрозы, от нее исходила лишь решительность. Будь он глубинником, он бы, может, и не захотел на нее нападать. Она оказалась бесстрашным созданием, способным дать отпор.

Какое восхитительное открытие.

Подплыв к Эйс сзади, он провел ладонью вверх по ее спине, пока его пальцы не сомкнулись на затылке ее шлема. Аккуратно вытолкнув ее подальше, Макетес повернул ее голову, показывая верхние этажи здания над ними.

— Вон туда поплывем. Мне кажется, в этой башне есть и другие уязвимые места. Проберемся внутрь.

— Там наверху кабинет, на котором нам надо сосредоточиться.

— Понял. – Правда, он не совсем знал, что такое «кабинет». У Миры в большом плавучем доме, который они построили для людей, было несколько личных комнат, куда она никого не пускала. Может, Эйс имела в виду что-то подобное.

Схватив ее в охапку, Макетес осторожно прижал ее к груди и поплыл. К его неудовольствию, путешествие вышло коротким. Но чтобы пробраться внутрь, им надо было сначала отплыть подальше от здания, чтобы их не было заметно изнутри – и чтобы им самим было легче разглядеть прореху в металле или стекле.

Вместо этого видно стало только хуже. Но Эйс вцепилась в плечи Макетеса и прижалась к нему всем телом – и уже одно это стоило того, чтобы не торопиться.

Ногами она крепко обхватила его за талию, сдавив жабры на ребрах и усложняя дыхание. Но жаловаться не приходилось, потому что за счет этого он улавливал легкие нотки ее запаха. Тот просачивался сквозь жабры и напоминал о солнечных местах на поверхности. Да, Эйс там никогда не была, но Макетес был уверен – она пахла солнечным светом. Маленькие ладошки уперлись ему в грудь, и он хорошо чувствовал силу ее бедер на своем теле.