Книга Жена в подарок от Бывшей, страница 95 – Наталья Шевцова

— Честно говоря-ааа… — принялся жевать губами Фарлионни. — Во мне в принципе от природы не заложена склонность к теории устроения бытия, слишком уж я озабочен практикой устроения жития! — хвастливо ухмыльнулся толстячок. — Нет, никогда не задумывался, — наконец, серьёзным тоном изрёк он. — Да и зачем мне это?

— Как я и сказала, — усмехнулась вампиресса и снисходительно заметила. — Совсем младенец! Затем Джонни, что Сумрачный мир гораздо более жесткий в своей родовой иерархии, чем мир, к которому привык ты. И затем, что выражение кровь не водица, отнюдь не красивая фигура речи. Это в мире смертных — кровные связи утратили свою былую значимость. В Сумрачном же мире то, чья кровь течёт в твоих венах, по-прежнему решает всё. Ну или почти всё. По крайней мере, то, в кого ты переродишься после смерти — решает определенно и точно. Например, чтобы переродился в вампира-аундайца, в жилах смертного должна течь кровь нефелимов [8] и только нефелимов. В тех же, кто переродится после смерти в вампира-куарра — обязательно должна течь кровь рефаимов [9]. Однако и кровь нефелимов тоже допускается. И, наконец, если в смертном течет хотя бы капля демонической крови, не зависимо от того, присутствует в нём также кровь нефелимов или рефаимов, то после смерти он сможет переродиться только в бернианца.

— Кхе-кхе, кхе-кхе, — довольно улыбаясь, прокашлялся Джонни. — Всегда подозревал в себе нечто демоническое…

— И оно в тебе есть, — красавица вампиресса поощрительно улыбнулась. — Но при этом в тебе нет магии. Не знаю с чем это связано. Возможно, с тем, что демоническая магия подчиняется другим физическим законам, чем те, что действуют в мире смертных, но в мире смертных — магия, и то с некоторыми, и порой весьма многочисленными, оговорками, доступна только чистокровным демонам.

— Нет и нет, — беззаботно пожал плечами могущественный делец теневого рынка. — На кой она мне? Я и без неё себя очень неплохо чувствую!

— Согласна. В мире смертных, которым правят деньги, ты и без магии себя очень неплохо чувствуешь, — улыбаясь почти как гордая успехами сына мать, кивнула вампиресса. — Однако… — изрекла она и выдержала театральную паузу. — Сумеречным миром правят не деньги, а магия… — вкрадчиво промолвила она. — Которая есть у аундайцев. И магически самый могущественнейший из аундайцев — наш общий знакомый Сторм… Дальше больше, использование магии контролируется Старейшинами. Которые души не чают опять же в нашем общем знакомом…

— Я или не правильно вас понимаю, Ваше Высочество, или вы пытаетесь убедить меня, что мы имеем дело с практически неуязвимым противником?.. — недоуменно нахмурившись, скептически уточнил Фарлионни.

— Не неуязвимым, а всего лишь очень сильным противником, — с покровительственной улыбкой поправила своего визави Джил. — Которым к тому же движут исключительно долг, ответственность, честь… Но прежде всего вина. Я это к тому говорю, что деньги и власть, как таковые Сторма не интересуют. Они для него лишь средство, позволяющее ему творить и приумножать благие дела.

— Ваше Высочество, но вы же умная женщина! — не выдержал и воскликнул Фарлионни. — Я не верю, что вы настолько ослеплены этим красавчиком! Никто не может быть настолько бессребреником! И особенно бессребреником не может быть один из богатейших людей планеты!