Книга Чужая невеста для сына герцога, страница 7 – Рута Даниярова

— Мне угодно поспать пару часов, — проворчал Эдрик. От самой мысли о еде его замутило.

Тумос ни за что бы не признался, что он крутится здесь ради любопытства. Ему было безумно интересно узнать, зачем так рано герцог Ирвик призвал к себе младшего сына.

— Будут ли еще приказания? — Тумос во все глаза преданно смотрел на Эдрика.

— Я сегодня уезжаю на пару недель в долину Арды. Прикажи найти Дайниса Сторда, он едет со мной, — сказал Эдрик. Проще сразу поделиться с Тумосом новостью, иначе бы он заходил каждые несколько минут.

Слуга поклонился. Он даже кланяться умел с достоинством, будто его отец был когда-то не главным конюшим, а графом.

— И разбуди меня через два часа! — крикнул Эдрик уже в спину уходящему слуге. Он прикрыл глаза и сразу провалился в сон…

Проснувшись, Эдрик решил зайти в покои старшего брата. Он был у него три недели назад и еще не разговаривал с ним после своего возвращения из пограничной Итерлеи, где Алтуэзия граничила на небольшом участке юго-запада с племенами эйшанов.

Граница пролегала вдоль извилистой и быстрой реки Эйшанны, по имени которой и звались воинственные соседи. Они без конца нападали на земли соседних стран. Разоряли деревни, жгли посевы, захватывали людей в плен, а потом требовали за них выкуп или увозили на невольничьи рынки в Шанту и Акмару. Соседи предпочитали платить им дань, чтобы обезопасить свои границы. У герцога Алтуэзии был заключен договор с эйшанами, но они без конца его нарушали.

У эйшанов воевали как мужчины, так и женщины. Бесстрашные и беспощадные, с раскосыми глазами и жесткими темными или рыжими волосами, они повсюду сеяли страх. После их набегов оставались сожженные деревни, вытоптанные поля и трупы. Захватив добычу, они ускользали обратно за Эйшанну.

Им, казалось, покровительствовал сам темный бог Тхоргх, потому что за рекой с их стороны начинались топи и непроходимые болота. Преследователи увязали в них, тонули или вынуждены были поворачивать назад, а эйшаны ускользали от воинов герцога, как вода сквозь пальцы сжатого кулака, чтобы вскоре снова нанести удар.

Правители у эйшанов, или вольные князья, как они их называли, часто менялись, потому что любой знатный человек по их законам мог вызвать правителя на поединок в дни священных праздников. Каждый новый правитель почти всегда разрывал предыдущие мирные соглашения, сделанные его предшественниками, и все начиналось опять.

Приграничная Итерлея всегда была лакомым кусочком. Земли там были плодородными, на зеленых лугах всегда пасся тучный скот, на склонах рос красный и синий виноград, из которого делали знаменитое итерлейское игристое вино. Прадед Эдрика приказал построить там крепость, где постоянно находился военный гарнизон. Но эйшаны по-прежнему совершали свои набеги по всему пограничному побережью реки.

Эдрик вошел в комнату старшего брата. Окна Равьера были занавешены тяжелыми синими шторами, но они все равно не скрывали полностью яркие солнечные лучи, отчего комната казалась словно погруженной в прозрачную морскую воду.

Равьер лежал на широкой кровати. Он был одет в белую рубаху. На лоб ему упали слипшиеся пряди черных волос, которые еще больше подчеркивали бледность лица. Даже яркие глаза цвета молодой листвы, казалось, потухли. Профиль брата заострился, а лоб покрылся испариной.