Книга Попаданка. Замуж по принуждению, страница 3 – Юлий Люцифер

— Я сказала нет, — повторила я, уже дрожащим голосом. — Я никуда не пойду.

Седой мужчина кивнул одному из сопровождающих.

Тот шагнул вперед.

Рефлекторно я схватила со стола первую попавшуюся вещь — тяжелую щетку для волос с серебряной ручкой — и выставила перед собой, как оружие.

— Не подходите.

Мужчина остановился.

Не потому, что испугался. Просто оценивал, сколько именно силы понадобится, чтобы меня обездвижить и при этом не испортить невесту до церемонии.

— Не заставляйте нас применять силу, леди, — ровно сказал седой.

Я засмеялась.

Коротко. Хрипло. Почти безумно.

— Вы серьезно? Вы уже меня заставляете!

Где-то в глубине коридора послышались шаги.

Неторопливые. Тяжелые. Спокойные.

И этого оказалось достаточно, чтобы у всех в комнате изменились лица.

Служанка опустила голову так низко, словно боялась даже случайно посмотреть. Один из мужчин отступил в сторону. Седой вытянулся и, как мне показалось, едва заметно напрягся.

Шаги приблизились.

Потом в дверном проеме возник он.

На секунду мне показалось, что в комнату вошла сама ночь.

Высокий. Очень высокий. В черном, идеально сидящем камзоле с темным серебром на манжетах и воротнике. Широкие плечи, прямая осанка, спокойствие хищника, который точно знает: ему не нужно торопиться, добыча все равно никуда не денется. Черные волосы, откинутые назад. Жесткие скулы. Темные глаза — холодные, глубокие, нечитаемые. Не просто красивый мужчина. Опасно красивый. Так бывает с оружием — оно может быть безупречно изящным, но от этого не становится менее смертельным.

Лорд Кайден Вальтер.

Я поняла это сразу, без слов.

Он окинул комнату одним взглядом.

Служанка съежилась.

Седой мужчина опустил голову.

И только потом эти темные глаза остановились на мне.

На мне — с щеткой в руке, в свадебном платье, с паникой на лице и безумием в крови.

Он молчал.

Слишком долго.

Настолько, что мне захотелось заорать, лишь бы разрушить это давящее молчание.

— Я никуда не пойду, — выпалила я, прежде чем успела испугаться собственных слов.

Ни один мускул не дрогнул на его лице.

Он медленно вошел в комнату.

Остальные расступились еще сильнее.

Я подняла подбородок, хотя внутри уже все тряслось. Он остановился в нескольких шагах от меня. Так близко, что я различила едва уловимый запах — холодный, древесный, с чем-то горьким, как дым после грозы.

— У тебя нет выбора, — сказал он.

Голос оказался низким. Спокойным. Совсем без крика. И от этого еще страшнее.

— Есть, — сказала я, сжимая щетку так, что побелели пальцы. — Я могу сказать нет.

В его взгляде мелькнуло что-то неуловимое. Не то удивление, не то интерес.

— Ты уже говорила.

— И скажу еще раз.

— Не сомневаюсь.

Он посмотрел на щетку в моей руке. Потом снова мне в лицо.

— Это должно меня остановить?

— Если потребуется, я и этим воспользуюсь.

Сзади кто-то шумно втянул воздух. Наверное, служанка. Наверное, никто и никогда не говорил с ним так.

А мне уже было все равно. Страх достиг той точки, когда внутри вдруг появляется ярость. Дикая, безрассудная, почти спасительная.

— Я не ваша вещь, — сказала я. — И не пойду на эту свадьбу только потому, что вы так решили.

Тень улыбки не коснулась его губ, но что-то в лице изменилось.

— Не моя вещь? — повторил он тихо.

— Нет.

— Странно. Еще вчера ты была значительно сговорчивее.