Книга Княжна Эворта. Нетлеющие страницы судьбы, страница 88 – Анастасия Максименко

Потянулась к магфону, с опаской открывая множество пришедших сообщений от супруга, пролистав их, со вздохом прикрыла ресницы. Райли весьма зол, даже более того, если бы не отец, граф ВанМэлс первым же рейсом примчался в Морт, дабы самолично убедиться в целости своей супруги. Нет, мы оба поспешили и совершили большую ошибку, когда поддались чувствам и эмоциям и позволили себе переступить последнюю грань. Ах, если бы не близость, часы в разлуке для графа и, что таить, для меня проходили намного легче.

Сердце кольнуло тоскливой иглой. Написав Райли лаконичное письмо с просьбой не волноваться и рекомендацией — занять время полезным досугом, перешла к письму артефактора, заверив Зейза в первоклассности личины. Эрт просил при первой же возможности связаться с ним визуально, чтобы он мог убедиться во всесторонней целостности личины.

Скрипнула зубами. Помнится, к брату не имелось столь повышенного внимания, неоправданного волнения и в особенности недоверия, а он, между прочим, первый наследник княжеского венца! Глубоко втянув воздух носом, принялась медитировать, в первоначальной цели — глубинное уничтожение злости и обид. В первую очередь, несколько детские обиды разрушают мою ауру. Негативные эмоции — не порок, порок — таить и копить их в себе, позволяя убивать себя изнутри. Первая и основная помощь — хорошая медитация. Всего-навсего стоит попросить у ментального себя прощения и расщепить корень накопленного зла.

Медитируя, ныряла в глубинные структуры ауры, избавляясь от потянувшихся к контурам щупальцев скверны, и внезапно наткнулась на мерно пульсирующий дымчато-багровый… маячок, чьи эманации тянулись к одному из кварталов Морта. Резко распахнув глаза, сглотнула от предвкушения разгадки; на магфоне раскрыла карту Морта.

Так. Так. Так.

Маяк тянулся к довольно знакомой на адрес улице района скверны.

Хм. Вот как, значит, цесар. Балуемся маяками, да не простыми.

Губы дрогнули в усмешке. Маяк уничтожать не стала, слишком много ненужных вопросов возникнет у цесара, если тот погасить. Пусть пока будет. Не мешает. К слову, о цесаре… Написав брату короткое письмо насчет завершенности его просьбы, убрала все посторонние предметы на тумбу, накинула на нагое тело сорочку и забралась под пуховое оделяло.

…Сон сковал тело, погружая в глубокую дрему, а после и крепкий сон.

— Дана, — тихий, пробирающий до щекотливой дрожи мужской бархатный голос. — Дана… — легкие, как перышко, прикосновения к щекам. — Моя любовь, ты пришла…

Дрогнули ресницы; удивленно смотрела на довольно улыбающегося полуобнаженного супруга, на пальце которого сверкал массивный перстень.

— Райли? Как ты?..

— Все потом, — меня подхватили под бедра и спиной понесли; машинально обхватила шею графа, пальцами вороша пряди волос.

…Спиной ощутила гладкие прохладные простыни; вскинулась к нависающему надо мной мужчине.

— Сон?

— Да, любимая. Самое лучшее сновидение. Я так скучал…

Позволила себе расслабиться в сильных ласкающих нежных руках, ведь я не меньше скучала.

Райли

После негласного вхождения в род Эвортари на мои плечи легли практически все обязанности, какие выполняла княжна, в том числе ужины в кругу княжеской семьи. Привыкнуть нетрудно, я и раньше по приглашению Даны иногда присутствовал на данном мероприятии в статусе жениха, но все же некая напряженность неприятно сковывала тело, а уж после выволочки великого — особенно. С внутренней угрюмостью копаясь в тарелке, как и другие члены рода, украдкой поглядывал на Эша; судя по его мрачному, с печатью решительности лицу — словесная порка ждала не только меня.