Книга Патруль оранжевого сектора – 3, страница 29 – Янина Наперсток

Вторая пара — средних лет: она — со скучающим лицом, говорящим «о боже, зачем я туда тащусь?», и все время что-то печатающая в комме, и он — худой, высокий, в очках и словно не от мира сего. В представлении Миры примерно так выглядели великие ученые-математики.

Из третьего люкса появилась молодая женщина и старушка в инвалидной коляске на гравиподушке. Несмотря на свое положение, дама все время шутила, улыбалась и выглядела куда более живой, чем обитатели первых двух номеров.

Наконец лифт открылся и из него вышла Марлен с сидящим на плече Снежком. Биолог была одета по-рабочему — в джинсы и спортивную ветровку. И зачем она ей понадобилась при температуре в двадцать два градуса⁈

— Все в сборе? — сухо уточнил гид, почему-то повернувшись к одному из двух охранников, которых выделили сопровождать группу.

Тот кивнул:

— Так точно. Пятый номер остался непроданным.

Так точно? Гиду-то? Странная у них здесь субординация.

— Ну что же, сейчас мы поднимемся на командный этаж и начнем. Пока же я хочу вам напомнить, что на лайнере восемь палуб… — принялся с дежурной улыбкой тараторить мужчина, пока они садились в лифт и потом шли до шлюза, ведущего на мостик. Пилот все это пропускала мимо ушей, больше уделяя внимания Снежку, который страшно засмущался от сыплющихся от старушки в коляске вопросов и комплиментов.

В итоге, когда шлюз открылся и они вошли внутрь просторной кабины, девушка пропустила момент представления экипажа гостям. Так что, когда Мира повернула голову, сразу остолбенела. Около одного из кресел стоял, рисуясь кипенным пилотским кителем и широкой белозубой улыбкой, словно из рекламы зубной пасты, Кантор. Ее бывший. Тот самый козел, из-за которого ее сослали в оранжевый патруль.

Сзади с шипением закрылся входной створ, и Мира, вздрогнув от неожиданности, сразу перевела взгляд на стоящего рядом седовласого капитана, потом в сторону бокового терминала на улыбающуюся девушку и ничем не примечательного мужчину в форме с шевроном технической службы. Конечно, Кантор догадается, что она его узнала, прошло же чуть больше полугода после того, как они виделись в последний раз, а Мира не рыбка. Но пусть хотя бы поймет, что ей нет до него больше вот абсолютно никакого дела!

Да, сперва она вспоминала об однокурснике с гневом, однако теперь и его не осталось. Ведь не попади Мира в презренные «попугаи», как называли в космофлоте патруль планет оранжевой группы, никогда бы не познакомилась с таким замечательным мужчиной, как Стивен! Но вот что здесь, в кабине пассажирского лайнера на месте второго пилота, делает сам Кантор? Папа-адмирал наверняка мог его пристроить в экипаж любого из военных крейсеров. Неужели предпочел тихое местечко?

Гид как раз закончил представлять ту часть команды лайнера, что сейчас дежурила на мостике. Экипаж занял свои места, а экскурсия продолжилась рассказом о вкладе каждой специальности в общее дело управления. Причем Мире показалось, что гид стал чаще сбиваться, замолкать на полуслове, с каждой минутой все больше нервничая и дергая вставленный в ухо коммутатор. Суфлер у него там, что ли? Неужели такую простую информацию выучить не смог?

Пилот снова осмотрела мостик — он мало чем отличался от командного пункта на военных крейсерах, разве что был раза в два меньше, да и экипажа на смене всего пять человек. Ну это и ясно — лайнеру не надо маневрировать, все время перестраивать трассу, обороняться и нападать, распределять нагрузку на реактор и двигатели и прочее, прочее. Так что и экранов над пультом светилось значительно меньше.