Книга Патруль оранжевого сектора, страница 31 – Янина Наперсток

Стивен растерялся. Он хорошо знал проявления шока, но воды рядом не наблюдалось, а привести Миру в чувство оплеухой было за гранью его моральных принципов. Так, второй раз за последний час, капитан отключил разум и отдался инстинктам. Он просто притянул девушку и прижался к ее губам своими.

Сперва это даже был не поцелуй, а просто порыв, направленный на то, чтобы обескуражить, остановить истерику. Но когда Мира неожиданно расслабилась, ее губы приоткрылись, и Стивен ощутил теплое дыхание, его внутренняя сущность встрепенулась, довольно заурчала и перехватила инициативу. Он целовал ее жадно, даже остервенело, как, казалось, ни одну женщину до этого. Как она могла, да как посмела подвергнуть свою жизнь опасности⁈ Жизнь, которая ему необходима как воздух! Ее ванильный запах, бесподобный вкус, мягкость кожи под его пальцами — вызывали эйфорию и отключали от действительности.

Но потом тишину разорвал отчаянный птичий вскрик, сознание Стивена словно рухнуло с небес на землю, и он, торопливо отстраняясь и едва переводя дыхание, проговорил:

— Рад, что тебе лучше.

— Да. Спасибо, — как-то тоже невпопад ответила она, а потом встрепенулась и кинулась в аэрокар. — Быстрее, может мы сможем еще спасти птицу!

Спасти птицу? Этого монстра, на клюв которого можно насадить, как шашлык, их обоих⁈ Стивен не успел даже ничего возразить, как аэрокар уже поднялся в воздух и устремился к распластавшемуся на скале кетцалькоатлю. Крылья животного, изодранные на лоскуты, безвольно лежали по бокам от тела, а страшный прокус на длинной шее вообще вызывал недоумение, почему существо еще живо.

Кладка, увы, была разрушена, и лишь одно яйцо оставалось целым. «Птица» перевела свой затухающий взгляд на Миру (Стивен был уверен, что ему это не померещилось), из последних сил клювом подтолкнула к ней свое будущее дитя и испустила дух. Девушка аккуратно взяла яйцо размером с крупную дыню и пристегнула его на заднем сидении. Ее глаза были так невообразимо печальны, что все разговоры о безответственном поступке девушки и вопросы, что им делать с «подарочком», Стивен решил оставить на потом.

Мира повернулась к капитану, хотела что-то сказать, но вместо этого громко ахнула и зачем-то кинулась в аптечку. Стивен с удивлением осмотрел себя и обнаружил, что комбинезон на предплечье поврежден, а сквозь прореху видна неровная рваная рана, из которой, между прочим, весьма активно идет кровь. Пилот, наконец, обнаружила, что искала, и наложила на руку несколько обескураженного капитана жгут. По всей видимости, Стивен порезался о разбитую раму аэрокара, когда через нее стрелял. А может, зацепило тираннозавровским клыком или лапой, теперь разве угадаешь.

Капитан потянулся и достал из бедренного кармана экстренную аптечку. Уколол первым делом кровоостанавливающее и антибактериалку, а потом, задумчиво посмотрев на шприц-ручку с белым колпачком — обезболивающее, — убрал ее назад. Рана начала саднить и дергать, но только что и пока весьма терпимо. Как ее можно было не заметить даже в сложившейся суете, он ума не прилагал.

— А почему регенералку не укололи? — дотошно уточнила Мира, беря обратный курс на катер и включая автопилот.

— Она не безвредна. Если бы я пользовался такой сывороткой при каждом ранении, наверное, уже превратился бы в осьминога.