Книга Тайна призрачного доспеха, страница 67 – Елизавета Берестова

Эма помолчала, потом проговорила совершенно иным тоном:

— Видите ли, граф, не всегда девушке хочется обсуждать с красивым, посторонним мужчиной интимные подробности неприятной беседы с подвыпившим и обозлённым отцом. Моя девическая скромность взалкала скрытности и толкнула меня утаить от вашего сиятельства сие обстоятельство.

— Продолжайте, — смилостивился Вил.

— Уж не знаю, кто добавил злобности моему родителю, только, когда Сато позвал меня (а я, действительно, сначала решила не ходить) папаша был сильно на взводе. Хотя раньше он всегда по отношению ко мне проявлял неизменную доброту, буквально я не знала отказа решительно ни в чём, — она вздохнула и покачала стриженной головой, — Сато сперва ошивался в кабинете: то занавески поправит, то невидимую пылинку со спинки отцовского кресла сотрёт, я молча ждала, пока он вон выйдет. Отец завёл свою обычную песню про то, каких усилий ему стоило сокрытие моего позора. Позор! — воскликнула она, — таким обидным словом он обозвал обычное поведение свободной, современной, молодой женщины, имеющей полное право распоряжаться своим телом и своей душой.

Она сделала многозначительную паузу, словно давала собеседникам прочувствовать всю правильность и важность сказанного ею утверждения, потом заговорила снова:

— Не скрою, мы с папой поругались, я даже сказала, что готова уйти из дома, навсегда порвав с семейством Донгури, если он будет продолжать настаивать на неприемлемом для меня союзе с Сосновым кланом.

— И чем всё закончилось?

— Ничем. К моему облегчению, в кабинет вломился Дарко. Редчайший случай, когда я была рада лицезреть своего родного братца. Вы, как младший сын, должны понимать, насколько порой бывают невыносимы старшие братья! Но в тот вечер я была готова расцеловать Дарко в обе щёки. Отец переключился на него, а я с облегчением удалилась. Так что, если господа следователи думают, что я — последняя, кто видел отца живым, то — увы, я была не последней и зарезать его просто не могла.

— Потрудитесь в ближайшее время не покидать своей комнаты и воздержитесь от контакта с остальными членами вашей семьи, — Вил поднялся, и они вернулись в малую гостиную. Снова вызвали камердинера Сато.

— Между прочим, Эма говорила не одни лишь глупости, — сказала Рика после короткого раздумья, — чисто теоретически, она права в том, что любой большой дом или замок — это не осаждённая крепость, куда мышь не проскочит, а скорее — проходной двор. Кухонная дверь нередко выпадает из поля зрения.

— К тому же мы не можем быть уверены, что все наши свидетели говорят правду, — добавил Вил, — не забывайте, кто-то из них вонзил клинок в горло господина Донгури, поэтому наша задача ловить каждого на противоречии и выстроить их показания в систему: кто, когда и в какой последовательности посещал убитого. Таким образом, мы выявим того, кто последним видел жертву живой.

— Пока у нас врёт Дарко, он утверждает, что не приходил в кабинет второй раз, либо Эма, — пожала чародейка плечами, — она уже один раз солгала, с какой стати мы должны ей верить?

— При этом ничто не мешало Эме вернуться и убить. Тем более, что она занималась с катаной, а значит, и удар нанести могла. Давайте позовём камердинера и уточним, когда и как всё было, — предложил Вил.