Книга Тайна призрачного доспеха, страница 72 – Елизавета Берестова

— У меня складывается впечатление, что нам врут абсолютно все, — усмехнулся Вил, — поэтому и решил разделить всю известную нам информацию на истинную, сомнительную и ложную.

— Да, это сильно осложняет расследование. Не понимаю, с какой стати врать, если ты не убивал! Дурость какая-то получается.

— Не скажите, — возразил мужчина, — лгут не только преступники. Причин для утаивания или же искажения информации может быть великое множество: желание выглядеть лучше в собственных или же в чьих-то глазах (в данном случае — в наших с вами), — Вил чуть поклонился собеседнице, — сокрытие мелких грешков, никак не связанных с преступлением. В одном детективном романе описывалась ситуация, когда женщина, боясь, что у неё плохо напудрен носик, прятала от света лицо и вела себя столь подозрительно, что чуть было не угодила прямиком на скамью подсудимых. Так что нам с вами предстоит разгрести кучи лжи.

— Вам кто кажется самым подозрительным? — спросила чародейка.

— Пока сложно судить. У каждого Донгури имеются свои мотивы. И у камердинера тоже. В молодого барона верится с трудом, а вот в слуг, подворовывающих то, что плохо лежит, легко. Я могу сказать пока, кто мне кажется наименее подозрительным.

— Жена? — хитро блеснув глазами, спросила Рика.

— Нет, — качнул головой Вил, — не леди Амита. Я подумал о Дарко.

— Дарко? — удивилась чародейка, — он же больше всех нам врёт! Например, пока что он один заходил к убитому второй раз. Это очень подозрительно!

Вил почесал ухо и ответил:

— По поводу посещений кабинета господина Донгури слукавил не один молодой господин, — он передразнил интонацию камердинера, — просто пока лишь он один попался на откровенном вранье. Я практически исключаю его, поскольку он один из всех наших подозреваемых не выигрывает, а проигрывает от смерти отца.

— С каких пор обретение титула, состояния и процветающего бизнеса стало считаться неудачей? — промолвила Рика с самым невинным видом, но скрытой издёвкой в голосе, — всем бы на этом свете так не везло!

— Вы считаете, что Дарко спит и видит возглавить дело — ту самую, ненавистную ему кондитерскую фабрику? Ведь именно он теперь становится старшим партнёром в компании, — сказал Вил, — человеку, который всеми силами отбрыкивался от рутины отцовского бизнеса придётся теперь погрузиться с головой во все эти отчёты, счета, поставки, продажи, словом, во всё то, без чего не существует ни одно производство. Не важно мясо ты производишь или сладости на всё королевство. Сразу можно ставить жирный крест на переезде в Кленфилд, ибо жизнь на своей земле, в родовом гнезде — одна из важных традиций для древесно-рождённого лорда. Поэтому отец какую-то часть года проживает в Оккунари, и эта часть отнюдь не мала. Можно, конечно, наплевать на традиции, купить дом в столице или снять квартиру. Но, — Вил поднял палец вверх, — Дарко КАЖДЫЙ божий день придётся тратить около двух-трёх часов на поездки на фабрику, а это — минус два-три часа своей собственной жизни. И возвращаться он будет затемно вымотанным и уставшим. Не думаю, что парень грезит о подобной жизни.

— А вдруг Дарко разыгрывал перед нами комедию, изображая, насколько он не заинтересован в семейном бизнесе? — предположила чародейка, у которой полногубый, нахальный парень, пристававший к беззащитной служанке, не вызывал ни малейших симпатий, — врал с целью отвести от себя подозрение в убийстве.