Книга Смертельная Шпилька, страница 81 – Елизавета Берестова

— Эйса! — вскричала леди Буна, — немедленно в спальню! Ты мешаешь мне разговаривать с представителями власти. Извините, ваша сиятельство, — она поклонилась коррехидору, — мальчик в шоке после применённого на него заклятия и поэтому говорит, сам не понимая что! Вы оказали неоценимую услугу нашему клану, — проговорила маркиза совсем иным тоном: любезным, с тягучими, немного капризными интонациями женщины, отлично знающей, что нравится мужчинам, — я всенепременнейше сообщу его величеству Элиасу о проявленном вами рвении при раскрытии кражи.

При этом она кокетливо зевнула, мило прикрыв рукой рот, словно ненавязчиво показывала засидевшимся гостям, что пора и честь знать. Но Вил проигнорировал демонстрацию и спросил:

— О каких скандале и притеснениях ваш сын Эйса Буна собирался заявить?

— Заявить? — картинно удивилась маркиза, — ни о чём подобном мой Эйсик заявлять не собирался, уверяю вас. Всему виной его расстроенные нервы, превратившие обычные мальчишечьи разногласия и взаимные дразнилки чуть ли не в ранг государственного преступления. Не обращайте внимания, коррехидор, — женщина небрежно махнула рукой, — Эйса вырос в неге и заботе, он юноша тонко чувствующий, а в школе столкнулся с самым настоящим, да простят меня бессмертные боги, древесно-рождённым мужланом, в котором из-за недостатка внимания и родительской любви нашли развитие самые дикие и уродливые черты мужского характера. Вот и всё. А теперь, господа, позвольте нам с сыном отойти ко сну, ибо вечер был долгим, принёс нам обоим достаточно переживаний. Завтрашний же день меня вместо празднований последнего дня, торжественного шествия и королевского бала ждут печальные обязанности по подготовки церемонии погребения главы Букового клана, — она поклонилась по всем правилам этикета, — желаю вам спокойной ночи.

— Омерзительный типчик, — передёрнула плечами чародейка, уже в коридоре, — скользкий, наглый маменькин сынок, любое пожелание которого вечно возводилось в ранг непреложной истины. Не завидую я Буковому клану, если только следующие пять лет кто-то всерьёз не займётся его воспитанием, точнее уже перевоспитанием.

— Зато причина его приезда в Каэ-доно вырисовывается вполне ясно и понятно, — проговорил Вилохэд, — все кусочки мозаики встали на свои места. Леди Буна привезла своего капризного отпрыска, чтобы помириться с дедом, который был вне себя от злости по поводу художеств молодого наследника в закрытой школе.

— Да, да, — подхватила чародейка, — поэтому-то он скомкал газету и выбросил её в мусорную корзину. Смята газета была весьма основательно, я ещё подумала, когда нашла её, что обычно люди не тратят столько усилий для выброшенной прессы. Дайнагон был вне себя от злости, похоже, газетная статья оказалась последней каплей.

— А его сноха привозит внука для примирения, — Вил внимательно прочёл заметку в «Еженедельных ведомостях Школы Серого камня», — то, что Эйса Буна стал центральной фигурой событий «далеко выходящих за рамки обычных школьных шалостей», и рассердили маркиза. Я так думаю, потому что леди Буна запретила парню выходить из апартаментов клана, значит, он не мог присутствовать на торжествах, чтобы не попадаться на глаза деду. Из всего этого можно сделать неутешительный вывод: Эйса прощён не был.