Книга Хирургические убийства, страница 122 – Елизавета Берестова

— Насиловать и резать проституток — прекрасное развлечение, — словно бы себе под нос проговорила чародейка, но с таким расчётом, чтобы её слова оказались расслышанными подозреваемым.

И он расслышал.

— Что? — Эрнст мгновенно спустил ноги с дивана и подался вперёд.

— Вы на прошлой неделе имели договорённость с девицей лёгкого поведения по имени Мона Хант на оказание услуг сексуального характера в районе Нижних складов. Вы уплатили ей за это авансом пятнадцать тысяч, и ровно двенадцать часов двадцать три минуты вы связали госпожу Хант, закрыли ей рот кляпом, после чего сняли с себя всю одежду и жестоко изнасиловали жертву, нанеся ей при этом множественные ранения при помощи острого ножа и накладных когтей. Последним ударом в сердце вы добили бедную женщину.

Рика наблюдала за тем, как менялось выражение лица подозреваемого во время монолога коррехидора, и при этом её буквально захлестнуло тошнотворное чувству чужеродного присутствия. Присутствие это было сильным, давящим, почти осязаемо отдающим затхлым удушающим зловоньем. Даже истинное зрение не позволило вычленить положение источника; ощущение демонического присутствия было явным, но вот где Эрнст прятал своё сокровище, по-прежнему оставалось под вопросом. Чародейка никогда не сталкивалась ни с чем подобным, но безупречная память подсказала ей, что такие ощущения характерны для демонического присутствия. Девушка мысленно обругала себя самыми последними словами. Ведь зеркало Пикелоу показало демона, а она исключила это, как невероятное, приписав след влиянию болеглота, неверно интерпретированным зеркалом. А ведь в демоническое присутствие вписываются и когти, и зубы, и та особенная жестокость, которую отличали оба убийства. Получается, Эрнст каким-то образом завладел частичкой демона?

Вил тем временем закончил с преступлением, красочно описав сбор всех возможных улик, не забыл он упомянуть и о складном стульчике, на котором Эрнст или Мортимер Яно аккуратно сложил все свои вещи, дабы они не запачкались кровью жертвы.

— В виду всего вышеизложенного, — проговорил Вил с обычной для него в таких случаях холодностью, — вы, господин Яно Мортимер именем Кленовой короны обвиняетесь в совершении двух изнасилований, истязаний и последующих убийствах с применением холодного оружия и накладных когтей. Желаете сделать какое-либо заявление по данному поводу?

— Накладных когтей? — с издёвкой удивился Эрнст, и его широкий рот расплылся в глумливой улыбке, — вот насчёт когтей у вас ошибочка вышла, древесно-рождённый господин начальник, — не было и нет у меня никаких накладных когтей.

— Да ну? — не выдержала Рика, — у обеих жертв характер поражения таков, что я со всей ответственностью могу утверждать, что одни порезы и раны нанесены острым ножом с лезвием, похожим на лезвие аджикири, а вот другие имеют рваные края, которые бывают при частичном разрывании тканей. Так что от накладных когтей, кои уже не одну сотню лет используются в Делящей небо, вам, Эрнст, не отвертеться.

Рика почти физически ощущала нарастающее давление, словно эмоции Эрнста начинали обретать плотность.

— Вас так интересует, что оставило те прекрасные рваные раны на телах женщин? — спросил он, и на лице у него появилось странное выражение, — правда, вы желаете этого?