Книга Великосветское убийство, страница 83 – Елизавета Берестова

— Вы думаете, возраст человека по одному лицу увидать можно? — повернулась к ней торговка, — а вот и нет! Много чего за молодость дамочки говорило: во-первых, туфли моднющие на каблуках, во-вторых, походка лёгкая и скорая, а в-третьих, — она победно поглядела на собеседников, — то, как она в карету запрыгнула. Старая женщина за поручень уцепилась бы, поднялась и уселась. А эта легонечко так шагнула, чуть ли не взлетела, и велела трогаться ещё до того, как дверца захлопнулась.

— В каком месте карета стояла? — спросил Вил.

— Вон там на углу, — Матока показала на ближайший перекрёсток, — там у кафе карета и стояла.

— Это был наёмный экипаж? — уточнила чародейка.

— Я ж сказала, ка-ре-та, — словно для тугоухой разъяснила торговка, — коли бы был наёмный экипаж, я бы так и сказала. Женщину в плаще дожидалась именно карета: большая, добротная, даже герб золочённый имелся, — сообщила она с особым значением.

— Что на гербе изображено было вы не запомнили?

— Кто ж их разберёт, — она пожала плечами, — круг, а внутри не то ветка с листьями, не то трава какая. Я в гербах не сильна. После этого карета скоренько так уехала.

— Спасибо, — кивнул Вил, — и ещё: женщина, отбывшая в карете, ничего в руках не несла?

— Несла, — словно само собой разумеющееся подтвердила свидетельница, — только вот что конкретно это было, я сказать вам не могу. Она это самое «ничего» под плащом прятала. Довольно большое, на коробку с туфлями похоже. Только вот ума не приложу, зачем коробку с обувью от чужих взглядов скрывать?

Вил оставил без внимание вопрос о резонах сокрытия обувной коробки, похвалил словоохотливую торговку за внимательность, купил два бокала самого дорогого напитка и распрощался.

— Что скажете? — спросила Рика, когда они дошли до кафе на углу и посмотрели в обе стороны, — что за трава была на гербе? Я, конечно, далеко не специалист по геральдике, но как-то не припомню, чтобы у нас в Артании нашлись древесно-рождённые роды с травой на родовом мо́не.

— То, что невежественной девице, торгующей прохладительными напитками, могло показаться похожим на траву, на самом деле является пальмовой ветвью. Сюро принадлежал к клану Пальмы.

— Неужели убийца госпожи Фань — Томоко Харада? — с сомнением проговорила чародейка, — вы представляете, какой разразится скандал, если жена недавно назначенного министра финансов окажется замешана в криминале?

Вил осмысливал сказанное спутницей. И как на зло вспомнился вчерашний разговор с дядей Джейком и подозрения госпожи Харады в неверности супруга. Но чтобы сдержанная, спокойная и хорошо воспитанная женщина, происходящая из влиятельного древесного клана, просто так пошла и убила предполагаемую любовницу мужа? Нет, не похоже. Возможно, Фань убили раньше. Томоко заходит в дом со стороны переулка и обнаруживает убитую соперницу. Опасаясь, что её муж мог написать страстные послания делийке, которые при попадании на страницы газет погубят его репутацию, она забирает шкатулку и ключ. Нет, — сам себе возразил Вил, — слишком много совпадений для одного утра: неизвестный убийца, а потом ревнивая жена. Похоже, всё-таки мы имеем одну персону. И, к великому сожалению, персона сия — Томоко Харада.

— Вам что-то пришло в голову? — заглянула ему в лицо чародейка, — мне как-то не особо верится, что госпожа Харада пойдёт убивать Фань Суён и утаскивать её бумаги. К тому же карета тянет лишь на косвенную улику. Кто знает, в Пальмовом клане не одни Сюро. Карету могли продать, или некто попросил свозить по делам.