Книга Кровавая ария, страница 56 – Елизавета Берестова

— Увы, — сказал коррехидор, — дела призывают меня в иные места сегодняшним вечером, да и смотреть спектакль с середины – потерять половину удовольствия.

— Надеемся завтра вас снова увидеть, — сладким голосом проговорил Сайн, при этом в его глазах промелькнуло странное выражение, которое не укрылось от Рики, — наши двери всегда открыты для вас.

— Не думаю, ближайшие несколько дней я буду занят. На мне же не одно расследование смерти Финчи висит, — коррехидор подавил зевок, — столько всяких бумаг, да ещё дела клана…

— Сочувствую, от всей души сочувствую, — проговорил администратор, изобразив понимание, — мне самому покой лишь во сне снится.

— Господин администратор, — раздался откуда-то капризный женский голос. Они уже успели выйти в фойе, — почему в вашем баре закончилось розовое вино? Доколе зрители будут обделены? Я, между прочим, заплатила за билет, и требую, чтобы ко мне относились с подобающим уважением!

Тирада принадлежала женщине в модном сером платье с веером в руке.

— Простите, господа, что не могу достойно проводить вас до выхода, — Сайн приложил руку к груди и поклонился артистическим поклоном, который наводил на мысль о его сценическом прошлом, — улаживать конфликты и неприятности – моя главная обязанность. Мадам, — воскликнул он с преувеличенным восторгом, — дирекция театра приносит вам наши самые искренние извинения. Если вдруг в кладовой закончилось розовое вино с южных островов, во что я ни на сэн не верю, я велю подать вам желаемое из моих личных запасов. Я, извольте ли видеть, такой же поклонник сего славного утончённого напитка.

Вил и Рика так и не узнали, чем же завершилась эпопея с розовым вином. Они вышли в вечер, пахнущий цветами белой акации и влагой из где-то вдалеке прогремевшего ливня.

Сигнал от соглядатая сработал следующим вечером, точнее уже ночью. Рика мгновенно проснулась, время было за полночь. Она сгоряча попыталась тут же установить зрительный контакт с сахаром, что был ею спрятан на стропиле, но безуспешно. То ли ей не хватило знаний и сил, то ли заклятие соглядатая не предусматривало такой возможности. Чародейка чуть не пережгла внутренние магические цепи, устала до чёртиков, и в итоге не смогла заснуть до утра.

Она еле дождалась у себя в кабинете десяти часов, так как знала, что Вил редко приходит в коррехидорию раньше этого времени, и понеслась к нему. Турада позволил себе удивлённый взгляд, сменившийся понимающей многозначительной улыбочкой, не сказал ни одного лишнего слова и гостеприимно распахнул дверь кабинета начальника. Сам начальник коротал время за чашкой кофе.

Рику это всегда удивляло, словно он не пил кофе дома!

— Доброе утро, вернее, день, — проговорила она, — сигнал сработал. Они вечером были под сценой и проводили богослужение в камидане.

— Во-первых, присядьте, — Вил не поленился выйти из-за стола и пододвинуть даме стул, — во-вторых, выпейте чашечку кофе, а, главное, что случилось? На вас буквально лица нет.

На стене кабинета Вила висело роскошное зеркало в тяжёлой раме из чёрного дерева с неизменными дубовыми листьями. И из этого самого зеркала на чародейку глядело измученное существо с провалившимися покрасневшими глазами, под коими залегали серовато-сизые тени. Казалось, она стала сразу старше.