Книга Холодный, расчётливый и нелюбимый, страница 23 – Мария Клепикова

— Мне всё равно, я могу и вовсе не есть.

И это было правдой. Произошедшее со мной аппетита не придавало.

— Я раньше тоже стройняшкой была. В моё время мода была на тощих девиц, я так увлеклась всевозможными ограничениями в пище, что оказалась на смертном одре. Спасибо лекарю одному — выходил. Но, видимо, что-то в моем организме щёлкнуло, и я начала очень быстро полнеть. С тех пор я такая вот красавица, — улыбнулась, подбоченившись в толстые бока, Фрау Гризель и, предавшись ненадолго своим воспоминаниям, продолжила: — Вы кушайте, моя милая, не отказывайтесь; без пищи человек слабеет. Жизнь — это дар богов, её ценить надо!

Фрау Гризель поставила передо мной чашку с цветочным чаем, приглашая жестом присесть, и всё же подвинула корзинку с ватрушками. Я из вежливости сделала первый глоток; ароматный горячий напиток слегка обжёг горло, а затем приятно растёкся, снимая напряжение от последних событий, попутно вызывая чувство голода.

Благоразумно решив, что силы для побега мне нужны, я всё же откусила выпечку и, в буквальном смысле, чуть не проглотила язык — ватрушка была выше всех похвал: необыкновенно воздушная и нежная. Видимо, приятное удивление отразилось на моём измождённом лице, и Фрау Гризель не без удовольствия спросила:

— Ну как, правда «ум отъешь»?

— Это просто восхитительно, я никогда в жизни не ела ничего подобного! — закивала я, не заметив, как стала уплетать за обе щёки вторую ватрушку.

— Фрау Гризель многие желали заполучить: предлагали нашей семье целое состояние за неё и даже пытались украсть, — приятную атмосферу нарушил ненавистный голос главы поместья. — Но свою кормилицу мы никому не отдали. В нашем роду вообще не принято делиться «своим».

Последнее слово было произнесено более чем угрожающе, и я в очередной раз почувствовала себя вещью, прекрасно осознавая, на что намекал Херр Маршал фон Стейнвегг.

— Няня, не будем тебя отвлекать. Мы с моей женой пойдём прогуляться, — сказав это, муж больно схватил меня за локоть и быстрым шагом повел в сад.

Как же так, Херр Николас же сказал, что хозяин вернётся только к вечеру? Неужели он закончил свои дела раньше? Как жаль! Я не была готова увидеть его так рано!

— Это что ещё за самовольство, кто Вам разрешил расхаживать по дому без моего ведома? — набросился на меня Херр Маршал фон Стейнвегг, едва мы скрылись в дальних густых кронах высоких кустарников. — Запомните, моя дорогая, все Ваши шаги должны быть со мной согласованы. Вам всё ясно, или же Вы хотите понести наказание за свою наглость?

— Опять будете бить меня? — с вызовом спросила я, с презрением глядя на него.

Как же я его ненавидела!

— Если понадобится — да! Я не привык, когда мне не подчиняются, — Херр Маршал фон Стейнвегг схватил меня за волосы. — И не надо на меня «так» смотреть! — злобно прошипел он. — Перекину через колено и, не задумываясь, сломаю хребет — будете всю жизнь инвалидом, но от меня не избавитесь.

Муж толкнул меня в голову, и я, не устояв на ногах, упала на сочную траву. Длинная юбка незамедлительно задралась, обнажив мои стройные ноги. С поразительной быстротой взгляд Херр Маршала фон Стейнвегга сменился на плотоядный.

Расстегнув толстый ремень, он облизнул пересохшие губы и, не скрывая своих намерений, двинулся ко мне лежащей на газоне. Заметив желание в его глазах, я спешно одёрнула юбку и, прикрывшись руками, замотала головой, выражая полное несогласие на предстоящие действия.