Книга Я клянусь тебя беречь, страница 67 – Инга Леровая

— А мое сердце? Где оно? Зажарила и съела? Признавайся! — Керро прерывисто дышал Граде в ухо, млея от сладкого запаха. Его семья нашлась, любила его. Ждала. Бенни рычал, но ведь не бросился, не укусил, позволил обнять хозяйку. И Градди не вырывалась, вспыхнула как спичка.

— Я не ела, — Града не была бы собой, если бы не поинтересовалась. — Ты уже вылечился? Поэтому пришел?

— Я не вылечился, — Керро не собирался второй раз наступать на грабли, навалился посильнее на Граду, хотя язык едва поворачивался признаваться в собственной немощи. — Рука болит зверски, нога тоже, хромаю. Меня отпустили на домашний уход. Я заверил, что у меня будет очень хороший домашний уход, идеальный. Так ведь?

— Так, — Града закусила губу, чтобы скрыть улыбку. Она делала вид, что не замечает, куда Керро ее подталкивает. Очевидно, что генерал еще не здоров. Иначе сразу же схватил бы Граду и швырнул на кровать. И Града была бы не против.

— Какая ты у меня понятливая.

— Я такая, — неожиданно для себя прихвастнула Града. Она опрокинулась на кровать, потянула за собой Керро. Вела себя нагло, провоцировала и соблазняла. Неужели беременность так ее изменила? Думать об этом было некогда, Града ждала активных действий от Керро.

— Мне повезло, — Керро провел ладонями по груди, бокам, бедрам. Града наговаривала на себя, она не была толстой, она была аппетитной, настолько, что во рту Керро собралась слюна и заныли клыки. Давно он так ярко не чувствовал свою животную суть.

— Я жду, — выдала Града и покраснела, осознав, что сморозила. А если Керро не так уж ее хочет? Паника заставила сжаться.

— Ну-ка, — Керро ласково провел ладонью по животу и легко шлепнул по ягодице. — Не жмись, уже иду. Полюбоваться нельзя, торопыга.

Града смутилась, она соскучилась, сколько уже времени на голодном пайке, а Керро дразнится. Может, у него кто-то был? Молодняк там, на испытаниях. Или в госпитале. Ревность чуть не убила все удовольствие, но Керро каким-то десятым чувством распознал, куда потащило Граду. Не стал больше медлить, ворвался и тут же впился зубами в основание шеи. Пусть знает, как ревновать и убегать. Сразу надо было пометить, облегчил бы себе жизнь. Не подумал Керро, что увлечется тихоней, увязнет по уши.

— Одна ты у меня, одна, — шептал Керро двигаясь мягко и бережно. Града не призналась, что беременная, но Керро-то понял. И хотел, чтобы их малыш не сомневался, что зачат в любви, что родители, оба, рады его появлению. Немыслимые нежности для генерала Римста, еще недавно не думающего ни о чем, кроме службы.

Кажется, у песчинки выросли крылья. Града улетела за облака и парила безмятежно где-то там, в высоте, постанывала и мычала от удовольствия. Оргазм расслабил, лишил сил, сладкие слезы текли по щекам. Града раскинула руки и блаженно улыбалась. Керро навис над ней, погладил по щеке, ущипнул за бок.

— Говоришь, бока в дверь не пролезут? И почему?

— Что почему?

— Кто-то строит из себя идиотку.

— Виновата, исправлюсь.

— Градди! Я жду.

— Чего?

— Расскажи, как и почему ты здесь оказалась, — сдался Керро.

— Давай, я помогу тебе раздеться. Ты поспишь. Поешь. Примешь лекарства. Ты взял с собой? — Града сползла с кровати, засуетилась, помогая Керро снять одежду. Охнула, чуть не заплакала, увидев новые шрамы. Но сдержалась, помня, что Керро не выносит собственную слабость. Наверно, очень больно, а генерал прилетел все равно. — Потом мы поговорим, сейчас тебе надо отдохнуть. Ты спал вообще? Глаза воспаленные.