Книга Рейварская невеста. Райрин, страница 71 – Рина Сивая

Зато ледяной купол внутри Кассандры – тот самый, что был с ней последние десять лет, как вечный спутник, как глубоко засевшая заноза – крошился. Трещал от каждой новой сеточки трещин, истончался, терял кусочки. Оставалось только подтолкнуть, чуть надавить, и…

— Они ответят за каждую твою слезинку, райрин, — тихий шепот на ухо. Чуть рычащий, будто Зан с трудом удерживал злость. Касс чуть отстранилась, поднимая на демона свои заплаканные глаза, и тут же получила подтверждение своим ощущениям: в его темно-вишневом взгляде стояла самая настоящая ярость, окрасившая радужку в кроваво-красный. Но направлена эта эмоция была не на Кассандру. Для нее в этих глазах стояло совершенно другое чувство.

Преданность, помноженная на заботу и… любовь.

Леди Райтингем никогда не видела, чтобы кто-то на кого-то так смотрел. Она видела не так много влюбленных – разве что парочки в парке или за столом в кафе академического городка. Но там чувства были каким-то гипертрофированными, незрелыми. А этот мужчина смотрел на нее так осмысленно, так глубоко, так пронзительно, что сразу становилось понятно: его любовь – не мимолетная влюбленность, не временное помешательство. Это взращенное чувство, пронесенное через года. И не потерявшее своей силы за время разлуки.

Кассандра не могла поверить, что это все предназначалось ей. Той, что не помнила ничего, что не понимала ничего. И почему-то казалось, что леди Райтингем этого не заслуживала. За что ее любить? У нее такая пустота внутри, такая боль. И ничего – ничего больше! Куча проблем, куча страданий, куча вопросов…

И куча врагов, оставшихся там, за магической границей. И которых Зантариз так легко, но убедительно обещал уничтожить ради своей райрин:

— Я воздам каждому из них, льдинка.

Касс никогда не нуждалась в чужой защите. Ей было достаточно себя, своей силы, своих умений, чтобы противостоять сложностям. На крайний случай у нее был магистр Кастэ, к которому можно было обратиться за помощью.

Но Кассандра Райтингем никогда не считала себя слабой, даже несмотря на неспособность вернуть себе память.

А сейчас, глядя в такие теплые глаза, согреваясь в широких мужских ладонях, ей вдруг захотелось все отпустить и просто довериться тому, кто мог – она в это верила – защитить ее от целого мира.

— Обещаешь?

Возможно, она действительно произнесла этот вопрос. Или просто слишком громко о нем подумала. Но ответ Зантариза не заставил себя ждать.

— Клянусь.

И снова та же непоколебимая уверенность в его словах, с которой он предупреждал плененного солдата о своих намерениях в отношении лорда Лерси. Но теперь не обещание – клятва, и если бы Касс попросила, Зан наверняка согласился бы подтвердить ее магией.

Но израненной душе было достаточно и этого. Словно одно произнесенное слово накрывало острые осколки разбитого потерей сердца пушистым покрывалом, чтобы бережно склеить – не сейчас, но тогда, когда боль будет не столь невыносимой. И слезы высыхали, а всхлипы обращались тяжелыми, рваными вздохами, постепенно переходящими в спокойное дыхание.

— Я больше никому не позволю тебя обидеть, райрин.

Ярость в темных глазах угасала, уступая место спокойствию – такому же ледяному, как и магия Кассандры. Но Зантариз от этого не стал казаться холодным – наоборот, сейчас именно в его руках девушка ощущала тепло, способное не дать ей окончательно замерзнуть. Поэтому и вперед Касс склонялась послушно, когда демон совсем немного потянул ее на себя.