Книга Подарок для Морока, или кто здесь невеста дракона?!, страница 64 – Ульяна Соболева

— Конфеты, – честно призналась я.

— Магические? – приподняла бровь она.

— Почти. Они примиряющие. Спасают нервы и помогают подружиться.

Она подошла ближе и уставилась на книгу, при этом выглядела так, словно собирается допросить её с пристрастием. Я воспользовалась моментом.

— Хочешь со мной?

Морена резко подняла голову.

— Я не умею.

— Никто не умеет, пока не попробует, – пожала плечами я и, с наигранной торжественностью, достала фартук и белый колпачок. – Давай, наденешь это, и ты – помощник великой кулинарной ведьмы. Почётный, между прочим.

Она вздохнула, как будто я предложила ей возглавить парад единорогов в розовом, но фартук надела. А потом… колпак. Колпак был огромный и кривоватый, сползал на глаза, и она выглядела как капризная пироженка с характером. Прекрасная, опасная пироженка.

Мы начали.

Я мешала сироп, она – пересчитывала лепестки. Причём строго: «Девять, не десять. В рецепте девять! Ты хочешь, чтобы конфеты начали петь? Это будет катастрофа». Она брала деревянную ложку так, словно та могла укусить, но через пару минут уже болтала массу с удивительной сосредоточенностью.

— Добавь каплю эссенции. Только одну! – предупредила я.

Морена аккуратно капнула… и потом ещё одну. И ещё.

— Это три.

— Это маленькие капли, – буркнула она, но в глазах заплясали искры веселья.

Мы катали шарики, обваливали их в карамельной пудре, украшали крошечными звёздочками из леденцовой крошки. У нас получалось. Более того – идеально получалось.

Последнюю конфетку я выложила на блюдо и отступила. Морена смотрела на результат с таким видом, будто только что сотворила новое заклинание. А потом… хлопнула в ладоши. Быстро, трижды. Улыбнулась. Настоящая улыбка. Светлая, искренняя. Почти детская.

— Они красивые, – сказала она. – Почти как те, что готовила мама. Только… смешнее.

— Я постаралась, – прошептала я и вдруг поняла, что в этот момент мне не хочется никуда бежать. Я хочу остаться здесь. Готовить конфеты с наследницей драконов, смотреть, как она улыбается… и просто быть частью этого странного, волшебного мира, где даже из конфеты может начаться дружба.

Мы сидели на полу кухни, опершись спинами о стену, между нами – блюдо с конфетами. Морена держала одну в руках, вертела, как драгоценный артефакт, и молчала. Та редкая, хрупкая тишина, когда не хочется разрушать момент словами. Только пламя в печи потрескивало, словно подыгрывало нашему странному дуэту – великовозрастной «человечки» и наследницы тьмы.

— Мама любила готовить сладости, – вдруг сказала Морена, не глядя на меня. – Не волшебные. Обычные. Без магии. С ароматом лаванды… Она говорила, что сладкое – это кусочек счастья, который можно передать другому. Без заклятий. Просто так.

У меня защипало в носу. Я не знала, что сказать. Вообще-то, я не была мастером по выслушиванию чужой боли. Но в этот момент я поняла: не нужно быть мастером. Нужно просто быть рядом.

— Я её почти не помню, – продолжила девочка. – Мне было пять. Но я всё ещё чувствую, как она обнимала меня… как её волосы пахли медом и снегом. Смешно, да? У снега есть запах. Только если его любишь.

Я молча сжала её руку. Морена не выдернула её. Наоборот – сжала в ответ.

— После того, как её не стало… всё изменилось. Отец стал другим. Он всё ещё со мной, я знаю. Он защищает, заботится. Но он больше не улыбается. Не так. Не от души. И вокруг только советники, стражи и претендентки, которые улыбаются ему, но смотрят на меня, как на помеху. Никто не хочет меня. Никому я не нужна. Кроме Арфея.