Книга Колибри, страница 54 – Лана Добродар

— Гоблины не имеют права на свободу. — ответил он мне.

— Но это не справедливо! Каждый имеет право на свободу. — возмутилась я — Я уже не говорю, про то что рабство это вообще не правильно. И что только гоблины могут быть рабами или кто угодно?

— Кто угодно. Но в основном гоблины и пленные светлые. Светлых отправляют на самые грязные, тяжёлые и опасные работы. Там мало кто выживает.

— У меня нет слов, одни слюни и те матерные. — я ворчала, бухтела, пыхтела. И небыло придела моему праведному гневу. — Хиз. Можно я буду тебя так называть? — мне ответили согласием. — А ты не пробовал сбежать.

— Не могу. Печать подчинения. — сказал он, показывая вызженное клеймо на загривке. — Да и куда? Меня всё равно выловят. Не к светлым же идти, там сразу убьют.

— Почему ты так думаешь?

— Я же тёмный, хоть и низший. Они с тёмными не церемонится. — объяснил мне Хиз. И ведь он прав. — Пора мне, а то господин бить будет.

Хиз ушуршал в глубь пещеры, оставляя меня одну в кромешной темноте. А я жутко боюсь темноты. Я много думала, много плакала, сильно хотела есть, ну хотябы воду он мне оставил. Замёрзла как собака, зуб на зуб не попадал. Долго не могла уснуть из-за голода и холода. Каждый маль-мальский шорох приводил в ужас. Как же я была рада Хизьуку утром, когда он меня разбудил.

— Сегодня тоже не будешь есть? Спросил он, подвигая ко мне миску с такой же серой массой, что и вчера.

— Давай попробую, на воде я долго не протяну. — Хиз явно немного расстроился, видимо рассчитывал опять получить лишнюю пайку. — Давай со мной, я это всё равно сама съесть не смогу. — предложила я и он сразу оживился.

Пододвинулся ко мне и лихо начал наворачивать за обе щеки. Я глядя на это тоже решила рискнуть. А куда деваться выбора то особо нет. Несмело положила в рот кусочек этой серой массы и меня тут же чуть не вывернуло на изнанку. С трудом проглотила и тут же запила водой.

— Мля! Что это за блевота?! Как ты это ешь? — С трудом отдышалась после этого гастрономического хардкора.

— Ты глянь какие мы нежные. — проворчал с набитым ртом Хиз. — Мне доедать? Ты опять голодом будешь сидеть?

— Блин! — простонала я — Надо как то это в себя затолкать. А я не могу это выше моих сил.

Закрыла нос рукой, чтобы хотябы не чувствовать эту вонь, закинула маленький кусочек в рот и тут же запила его водой. Хватило меня ещё на три таких маленьких кусочка, на большее я была не способна. Такое чувство, что меня накормили чьей-то рвотой. Вечером когда Хиз пришёл вновь, чувство голода подстегнуло меня к геройству и я осилила, ровно половину. Правильно говорят, голод не тётка, голод дядька, может пнуть.

Я подружилась с Хизьуком, хоть он и ворчливый. А что мне остаётся, он единственный кто хоть изредка, скрашивает моё одиночество. Так прошла неделя. Я спала, мёрзла, пыталась затолкать в себя эту баланду, что мне приносил два раза в день Хиз, причём с каждым днём она мне стала казаться всё более съедобной. Плакала, когда оставалась одна, выла, пела и понемногу сходила с ума. От вечного холода и сырости, я естественно заболела, меня колотил озноб, а от кашля я готова была выплюнуть свои лёгкие. И в один, не фига не прекрасный день, меня почтил своим присутствием сам Ахнеон. Явился, не запылился! Стоит передомной, весь такой наряженный, отглаженный, надушенный. И всё ради моей скромной персоны? А я даже не шелохнулась, как сидела привалившись к стеночке, так и осталась сидеть со скучающим видом.