Книга Колибри, страница 82 – Лана Добродар

— Всё потом. — пресекла я сразу поток вопросов. — Эта была лезгинка. Как видите, там могут учавствовать как парни так и девушки и на основе этого танца, можно построить целую историю, что бы это не были простые бездушные дёрганья. Конечноя понимаю, что времини мало и для вас это ново, но нам не обязательно добиваться идеального исполнения, ведь сдесь ни кто не знаком с этим танцем. — я выждала паузу — Поверьте это бомбанёт!

— Что? — несколько недоумённых голосов.

— Ммм… это будет сильно.

— Это всё интересно, но сабли ты зачем припёрла, ты обещала что то показать, я сдесь, только ради этого сижу. — пробасил декан.

— Ах да. — опомнилась я.

Взяла сабли, включила на телефоне, казачью песню "Ойся, ты ойся." и понеслась. Я закрыла глаза и буквально перенеслась в прошлое, я представляла передсобой дядьку Кузьму, Митяя, Бабушку. Я представила, что они сдесь, со мной. Я вспомнила эти забытые ощущения. Я полностью отдалась заводной музыке и танцу. Сабли были продолжением меня. Я пархала, кружилась, сабли кружились в моих руках. А может огоньку добавить?Немного магии и сабли вспыхнули алым пламенем. Эфектненько получилось, мне прям самой понравилось.И я начала выписывать все эти движения с ещё большим рвением, отдавая больше энергии. Когда музыка закончилась, я красиво всё завершила, погасила пламя, запыхавшаяся и раскрасневшаяся поклонилась своим не многочисленным зрителям. Те в свою очередь, начали мне опладировать. А от Ямэя я почувствовала, волну восхищения.

— Спасибо, спасибо. — поблагодарила я за авации — Ну с огнём, это была импровизация.

— Это действительно было сильно. — восхищённо сказал декан. — И ты хочешь поставить это на конкурс?

— Да, эти два танца можно обьеденить.

— Да, ты права, это… как ты там сказала…

— Бомбанёт. — хихикнула я — Но я думаю, что всё это слишком необычно для вашего мира и всё таки немного придётся, вконце разбавить, чем-то более нежным. С музыкой для лезгинки и казачки проблем не будет. А вот для финала… Мне бы гитару, я бы вам наиграла и напела одну нашу военную песню…

— Ты ещё и на гитаре играешь и поёшь? — не переставал удивляться декан.

— Подумаешь, я ещё и вышивать могу, и на машинке тоже… — сказала я голосом мотроскина из простоквашино.

— Что?

— Ай ни чего. — махнула я рукой.

— Я сейчас гитару принесу — подорвался тот парень с тёмной шевелюрой и выбежал из зала.

Покаон ходил, я накидала свою идею.

— Сначала под лезгинку выходят четыре девушки и как бы красуются перед парнями, потом выходят парни и показывают свою стать, свою силу, храбрость, мужество и так далие и тому подобное… короче тоже красуются. Потом они танцуют вместе, вроде как у них начинаются романтические отношения. Потом девушки уходят и остаются парни, как-будто они на войне и вот тут, в танец вписываются элементы боя. Но так как у нас среди боевиков есть и женщины, мы обязательно это покажем в танце, выхожу я с казачкой. Потом снова немного только парни. Выключается полностью свет и затихает музыка. В это в ремя я в темноте с гитарой занимаю место в сторонке, а пара, парень с девушкой по центру. Сначала лучь света освещает одну меня, я начинаю играть, а когда я начинаю петь освещается и пара, которая начинает танцевать. Сложный, замудрённый танец там не нужен, простой нежный, медлячёк. Было бы не плохо, на заднем фоне какую-нибудь иллюзию показать, как-будто солдат пишет письмо, мечтает, вспоминает там, всё такое… Сейчас песню услышите всё поймёте. — я замолчала и посмотрела на собравшихся, они на меня. — Ну как вам идея.