Книга Мы такие разные, страница 34 – Лана Добродар

— Привет! Куда пропала? Почему не отвечаешь?! — спросил я с максимально добродушной, с приветливой улыбкой.

— Ой, прости. Я так заматалась. — не менее добродушно ответила она, что обнадёживает. Но рано я радовался… — Что совсем забыла послать тебя НАХРЕН! — гаркнула она на меня.

— Жень, да что случилось то?! Неужели ты обиделась, на то что я тебе не сразу сказал, что мы были, скажем так, знакомы до этого? — спросил я то, что меня интересовало всё это время. А её и без того злое лицо буквально перекосило от злости.

— Тоесть ты считаешь, что это единственная причина, для обиды?! Ты охренел?! — взвыла она, выхватывая у меня несчастный букет и начала меня им мутузить. Как же хорошо, что она любит именно полевые цветы, а не розы. — Как у тебя совести сука хватило, после всего сюда припереться?! Стоит, лыбится как ни в чём не бывало! Я вроде чётко сказала, что бы ты меня десятой дорогой обходил! — кинула мне влицо, потрёпанный букет и скрылась в подъезде.

Я просто стоял, как прихлопнутый пыльным мешком. Пришёл за ответом, а получил, дополнительные вопросы. Где и когда, она мне такое успела сказать? И какие, такие ещё причины, у неё есть? Где я успел так накосячить и не заметить этого? Что за нахрен, творится?!

— Не понимание причины женской обиды, не освобождает мужчину от ответственности. — с насмешливой, но в то же время, понимающей улыбкой произнёс, парень, что всё это время стоял рядом, пожал плечами и рвану в след за своей неадекватной сестрой.

Я выбросил остатки букета и пошёл в сторону машины. Мужик, что привёз её, всё ещё стоял на том же месте и сверлил меня сердитым взглядом. Этому то я, что сделал?! И кто он нафиг такой?! Я прыгнул в машину и уехал, подальше от сюда. Ну её к чёрту эту истеричку.

Всю неделю я изо всех сил пытался выкинуть эту занозу из головы, но где там… Пытался приручить её, а в итоге, приручился сам. Я ходил по своё квартире и представлял, как бы она ходила по ней, в моей футболке на голое тело. Как бы она швыркала чаем, сидя как птичка на жёрдочке, у меня на кухне. Как бы мы с ней дурачились, она заразила меня, своей детской непосредственностью. Мне не хватало её. Как же надоело, это высшее общество, эти этикетные расшаркивания, манеры. Я хочу быть свободным от этого всего, как она. Мне не давало покоя, что же всё таки случилось? И не выдержав, я вновь поехал к ней, за ответами, ну и ещё, по тому что я соскучился.

В этот раз я был без букетов и прочей мишуры, от греха подальше. Дождь лил как из ведра, скоро осень и погода не уставала об этом напоминать. Даже не доехав до её дома, я увидел как она топает по тротуару. В одной футболке и джинсах, вся промокшая, она обняла себя за плечи и понуро шагала в сторону дома. Я остановился рядом с ней и предложил сесть в машину. Когда она обернулась я понял, что она плачет.

— Жень, что случилось? — спросил я обеспокоенно, выходя из машины. Женя молча отвернулась и продолжила свой путь. Я дёрнул её за руку и прижал к стене здания, отрезая пути отступления. — Я тебе задал вопрос. Что случилось?

— Да пошёл ты! — зло рявкнула она и дёрнулась, пытаясь вырваться, но я не отпустил. — Да пошли вы все! Что вам всем от меня нужно?! Да кем вы себя возомнили?! Цари?! А может быть боги?! Думаете, раз у вас пухлые кошельки, вам всё можно?! — кричала она сквозь слёзы. — А вот накося выкуси! — сунула мне под нос, уже привычный средний палец.