Книга Темный генерал драконов. Страж ее света, страница 16 – Екатерина Борисова

Почти как я.

Только мне мешает свет, а генералу тьма…

— Спаси нас…

Я вскрикиваю, когда огромная ладонь обезображенного стражника хватает меня за ногу.

Я вздрагиваю от неожиданности и страха и на миг теряю контроль над мороком.

Чувствую, как плывут мои черты. Лицо стражника вытягивается, а побелевшие губы шепчут «ведьма».

Я быстро встряхиваю головой и возвращаю морок.

Ох, Эона, как так могло случиться?

Но раздумывать дальше некогда. Стражники на последнем издыхании. Мой свет противится их смерти. Я вестница богини жизни, я никому не могу дать погибнуть. Я чувствую, что четыре нити судьбы уже надорвались.

— Прошу, милок! — бросаюсь я к дракону. — Пощади их, сынок!

Дракон медленно наклоняет голову ко мне.

Смотрю в его глаза. И вместо ярко-голубого яростного огня я вижу белое сияние, такое же, как жжёт меня изнутри.

Так странно…

Моё тело охватывает странная дрожь.

Он так близко, что я могу почувствовать тепло, исходящее от его внутреннего огня. Рука поднимается сама и тянется к драконьей морде.

Я как заворожённая смотрю в глаза дракона, тону в его свете, в его огне.

Меня бросает то в жар, то в холод. Мурашки пробегают по спине. Непонятное томление заполняет грудь и тело. Кровь огненной волной растекается по венам.

Так странно!

Мне совершенно не хочется бежать. Наоборот, я бы вечно грелась в свете его глаз и ластилась к грубой броне.

Как странно…

Огромная лапа, покрытая чёрными, как обсидиан, пластинами, медленно, почти нежно приближается ко мне. Я замираю, ожидая, что же будет. Он с лёгкостью может раздавить меня, но страха нет.

А есть странное ощущение близости и единения наших душ.

Лапа осторожно обхватывает меня, сжимает бережно, как хрупкий цветок. Мы поднимаемся в воздух.

Дух захватывает оттого, что я парю, зажатая в когтях существа, которое только что убило четверых мужчин одним своим присутствием.

Я с тоской смотрю на берег быстрой реки. Туда, где в заводи качается на волнах моя лодка, а на примятой траве лежат четыре тела.

«Не бойся, мать. Я не причиню тебе вреда. Я… буду осторожен. Я отпущу тебя, как только найду безопасное место. А там мы поговорим».

Я закрываю глаза, и внезапно весь кошмар, вся грязь и унижение, что преследовали меня последние дни, остаются там, внизу, на берегу.

Острые когти генерала Грогана нежно, но уверенно сжимают меня. Сейчас я чувствую себя в них в безопасности. Первый раз за всю жизнь.

Я лечу. Меня не просто переносят куда-то. Нет.

Я чувствую себя частью этого стремительного движения. Ветер хлещет по лицу, пытается сорвать с меня хитон. Мне стоило бы закричать от страха, но вместо страха приходит чистейший, девичий восторг и ощущение свободы.

Я открываю глаза. Мир под нами — это чёрно-зелёное лоскутное одеяло озёрного Северного края, где болота сменяют леса, а пустоши отвоёвывают все больше места, за ними приходит гниль.

Но сейчас я вижу, как восходящее солнце играет на гигантских кожаных крыльях, которые рассекают воздух с оглушительным рёвом.

Неожиданно я громко и беззаботно смеюсь. Надеюсь, в полёте дракон этого не услышит.

Прижимаюсь щекой к огромным, тёплым чешуйкам на его мощной лапе. Греюсь в его ровном, мягком тепле.

«Не бойся» — раздаётся его голос в моей голове, глубокий и рокочущий, как раскат грома.