Книга Темный генерал драконов. Страж ее света, страница 3 – Екатерина Борисова

Потому что у всего есть плата. Я подарила ему жизнь, богиня забрала ровную походку.

А вот прямо передо мной у неструганых досок эшафота сидит слепая Эри. Однажды ночью её дом загорелся, а в нём сгорел её пьющий муж, который бил её и их пятерых детишек.

Я спасла всех, кроме пьющего Грора. Его жизнь и зрение Эри стали залогом жизни их детей. Они уже давно выросли и разлетелись по округе. Кажется, забыли про мать. Богиня взяла свою плату.

Чем гуще становится толпа, тем больше знакомых лиц я вижу.

Прачка Ани молила о ребёнке и получила двойню. Но её муж ушёл в поход и не вернулся.

Мясник Жофрэ молил исцелить его умирающего от чахотки сына, я помогла. Но через неделю Жофрэ промахнулся топором и оттяпал себе пальцы на левой руке. Если бы он пришёл ко мне сразу, кто знает, может, богиня бы и смилостивилась. А так он остался с культёй.

Дар света велик, но и он имеет цену.

За всё надо платить. И даже я не знаю, что запросит богиня у людей за своё благословение.

Эона — богиня жизни, но даря свет, она сеет и тьму.

Поэтому её братья и сёстры давным-давно прогнали её с пантеона богов. А её верных последовательниц объявили ведьмами и открыли на них охоту.

Сотни лет назад моим сёстрам пришлось сменить светлые струящиеся наряды эонит на грязные балахоны и плащи, разбежаться по лесам и тщательно скрывать дар света.

Нас осталось немного. Если вообще ещё кто-то остался кроме меня.

Возможно, в этой отдалённой, забытой императором и богами крепости сегодня умрёт последняя эонита.

И каково же будет удивление горожан, когда вместо дряхлой старухи, они обнаружат на столбе…

— Ведь это же знахарка, Лети, — морщится комендант и кутается в широкий воротник своей лисьей шубы.

— Ведьма, — шипит леди Летиция и мстительно сверкает взглядом карих глаз. — Как есть ведьма!

— Да что ты несёшь? — комендант начинает злиться.

Я не могу сказать, что он как-то особенно выделяет меня. Но горожане часто ходят ко мне. Кто за советом, а кто за снадобьем. Бывает, и охотники захаживают в мою лесную сторожку, просят удачи в охоте.

Светлый дар он такой. Стоит благословить и дело спорится.

— Это старуха Элара! Она живёт в нашем лесу, поди, уже сто лет, — раздражение коменданта нарастает.

Его зря сорвали с места. Из тёплого кабинета, где он мог пригубить наливки. И для чего? Чтобы на эшафоте вместо преступника он увидел дряхлую старуху!

— Вот именно! Живёт сто лет! Кто-нибудь из присутствующих помнит Элару молодой? — разносится визгливый голос леди Летиции.

Народ на площади приходит в оживление.

Я вижу много участливых лиц. Одни обеспокоены, другие напуганы. Но почти все жалеют меня.

Ну хоть кто-то переживает за меня. Возможно, не всё потеряно.

— Вот ты, ты! — леди Лату тычет пальцем в толпу. — Швея!

Моня испуганно и удивлённо вскидывает голову.

— Твой муж! Он же был запойным и колотил тебя! Что ты с этим сделала?

— Я отвела его к знахарке Эларе, — отвечает уверенно Моня.

— Ну а потом? — не унимается комендантша. — Что было потом?

— Потом? — взгляд швеи становится уже не таким уверенным. — Он перестал пить и… ушёл к кабатчице Клотильде.

— Вот! Это всё проклятая ведьма! Она не может делать добрые дела без греха! А ты, да ты!

Леди указывает на кривого солдата, что стоит рядом с эшафотом в густой тени.