Книга Темный генерал драконов. Страж ее света, страница 41 – Екатерина Борисова

А вместо этого сейчас меня разорвут демоны.

Мерзкие твари сжимают моё тело, до боли впиваясь в руки и ноги своими когтями.

Острая боль пронзает меня.

Но хуже и страшнее этого то, что каждый демон тянется ко мне, чтобы… понюхать. Каждая тварь рычит и скалится, втягивая воздух рядом со мной.

— Она!

— Она!

— Она! — я слышу их шёпот у себя в голове. Но их губы не двигаются. От этого становится ещё страшнее.

— Ведите её «домой», сес-с-стры! — гремит где-то рядом. А после земля уходит из-под ног, разверзаясь входом в саму преисподнюю.

Облепленная комком чёрных грязных тел я лечу вниз, больно ударяясь о выступы и камни.

Со всех сторон раздаётся страшный гул, словно пролом всё ещё углубляется по мере нашего падения.

Как ни странно, но демоны своими телами защищают меня, сливаясь вокруг меня в подобие живого перетекающего чёрной поганью кокона.

Сколько длится падение, я не знаю.

Но приземление всё-таки отдаётся очередным приступом тупой боли и чёрной пеленой перед глазами, которая лишает меня сознания.

А дальше я не то плыву, не то перетекаю вместе с чёрной слизью по земле.

Даже сквозь спасительное забвение я чувствую, как болит всё моё тело. Каждая мышца ломит и выкручивается. Каждая косточка отдаётся тупой болью.

Веки наливаются свинцом, поднять их у меня нет никакой возможности.

То ли в бреду, то ли в реальности я чувствую смрад и ядовитые испарения вокруг. Чувствую, как меня затаскивают на какой-то холодный камень и мерзкой слизью фиксируют к нему.

А следом чувствую удар.

Кто-то из демонов прикладывает меня по щеке, обжигая болью и гнилью.

Кожу неистово саднит.

Дар внутри взрывается светом, но залечить раны не торопиться…

Я с трудом перевожу дух и стону.

— Очнулас-с-сь? Хорош-ш-шо! — всё тот же змеиный шёпот раздаётся у меня в голове.

Я с трудом разлепляю веки и с трудом могу рассмотреть то место, где я нахожусь.

Это не просто провал в земле или каменный грот. Это самая настоящая рукотворная пещера — высокие своды, кем-то высеченные в скале, мощные колоны с местами под факелы и лампады.

Вот только факелов здесь нет давно, как и ломпад.

Поворачиваю голову и вижу в ниже статую. Высокая фигура из белого мрамора полностью покрыта чёрной слизью и гнилью. Лица статуи не разобрать.

Но кому понадобилось под землёй ставить статую?

Я щурюсь, привыкая к полумраку.

Единственно, что осталось у статуи узнаваемым и незапятнанным демонской грязью — белоснежные стопы с изящными щиколотками и аккуратными пальчиками. А вокруг этих стоп уже, давно превратившись в прах, лежат дары.

Давно потухшие свечи в глиняных плошках, черепки, которые когда-то были сосудами с благовониями, прах, что когда-то был фруктами и цветами.

Кто-то когда-то приносил этой статуи настоящие дары и поклонялся ей.

Но как такое возможно!

Богов было немного, но я не помню, чтобы кто-то из них жил под землёй или требовал подземных храмов. Если только…

— ОНА! САМА ЯВИЛАС-С-СЬ!

От густой тени в углу отделяется невысокий силуэт.

Я с трудом могу различить в вязкой темноте страшный образ, который не то подходит, не то подползает ко мне.

Бесформенное тело, покрытое язвами, руки разной длины, узловатые, словно воспалённые пальцы с острыми когтями и перебитые или сломанные ноги.

Тварь подбирается ко мне ближе, цепляясь за каждый выступ, камень или колону. Я дёргаюсь, но оказываюсь крепко привязана к подобию алтаря.