Книга Проданная замуж, страница 31 – Лина Венкова

— Ты очень кстати, милочка, — обратилась она ко мне. — Я уже давно посылала за чаем.

Меня действительно легко можно было принять за горничную — я отчетливо осознавала это, когда кланялась ей и отвечала.

— Прошу прощения, Ваша Милость, но я здесь по поручению Его Сиятельства. Господин попросил найти запись расположения свободных покоев Альвиона.

— Ах, тогда приступай, — кивнула она. — Мне уже надоело коротать время среди этого запустения в одиночку.

Могу дать голову на отсечение — супругу не понравились бы подобные высказывания о его любимой библиотеке.

Прохаживаясь между полок, я украдкой разглядывала новоприбывшую. Она была, если это сравнение простительно, полной моей противоположностью: блестящие черные волосы, задранный к потолку нос, светло-карие глаза и красные губы, словно она только что трапезничала пинтой крови. Бледную аки лунный свет кожу выгодно оттеняет изящное синее платье с узорчатым лифом и коротким рукавом.

Что я делаю? Мне нужен Димитрий, я должна рассказать ему о Джослин — эта мысль вынуждала меня раз за разом испытывать угрызения совести. Но с другой стороны — даже если я сейчас же брошусь на его поиски, не найду ведь! Пока он сам меня не отыщет — нет никаких шансов отыскать невесть куда запропастившегося супруга. Осознав это, я вздохнула и выглянула из-за очередного стеллажа с приветливой улыбкой.

— Госпожа графиня будет рада познакомиться с Вами, Ваша Милость.

— Зачем она сдалась мне, эта ваша графиня? — капризно надула губы женщина. — Вся прислуга только о ней и болтает. Она что, и вправду такая хорошая?

— Очень, — с самым честным выражением лица ответствовала я. — Госпожа Грейсон само совершенство, а господин от нее без ума.

— Это ненадолго, моя дорогая, — с наглой ухмылкой заверила меня новоприбывшая. — Я, Элизабет Дюфон — давнишняя подруга графа и его первая супруга. Мы с Димитрием все детство провели вместе, и я не верю, что какая-то безродная простушка окрутила его за здорово живешь.

Это был первый болезненный удар. Я постаралась воскресить в памяти наш с Димитрием прошлый разговор, и как ни старалась — не смогла выудить и малейшего упоминания об этой, с позволения сказать, подруге детства. Мгновением позже мне вспомнилась леди Версалес: "…граф не будет Вас любить так же сильно, как свою первую жену".

— Первая супруга? — переспросила я.

— Практически, — заверила гостья. — Наш с Димитрием брак был оговорен родителями еще в нашем младенчестве, и я много лет считала себя его женой.

Вот, значит, о чем говорила леди Версалес. Что же, это в корне отличается от того, что мне говорил муж, а ему я верю больше.

— Хотела бы я увидать Вас на месте нашей госпожи, — с долей сарказма сболтнула я.

Сарказм остался незамечен.

— Правда? — расцвела Элизабет.

"Больше чем ты думаешь", — хотелось добавить мне, но я сдержалась и послала ей кроткую улыбку.

— Не может быть, чтобы Димитрий обо мне не рассказывал, — продолжала самоутверждаться она.

— Может, — немного резче, чем следовало бы, оборвала я. — Никогда о Вас не слышала. Его Сиятельство только о любимой супруге и говорит.

— Это я уже заметила, — пожаловалась леди Дюфон. — Джейн то, Джейн се, Джейн блестяще провела прием, Джейн влет подружилась с Джослин, Джейн вышивает, танцует и на фортепиано играет…